— А теперь представь, что будет, если ты подставишь чашку под чистую проточную воду? Со временем она вытеснит непригодную для питья жидкость и заменит собой. Кислый запах уйдет как и неприятный вкус. Улавливаешь смысл?
— Ничего не выйдет, Стас, — даю абсолютно взвешенный ответ. — Нет необходимости меня исцелять.
— Посмотрим, — хитро прищуривается Черкасов, по-собственнически обнимая за талию. — Ты меня не знаешь, Ива. Поэтому не даёшь мне шанса. Но я не монстр. Не сделаю ничего такого, что тебе не понравится.
— Я уже слышала эти слова и больше в них не верю.
— Стас, харэ девчонку тискать, — напоминает о себе Давид, что-то печатая в телефоне. — Князь нервничает. Лучше идите к Пожарскому. Я найду Илонку и присоединюсь к вам через минуту.
— К Пожарскому? — моё сердце пропускает сокрушительный удар и стопорится где-то между сломанных рёбер. Холодный пот по телу. Адская боль внутри. Ни вдохнуть, ни выдохнуть не получается.
На инстинктах поворачиваю голову к арке — убийственный выстрел в сердце…
До боли знакомые глаза, как два копья, врываются в душу…
— О… Боже… — и я, как столкнувшийся с айсбергом Титаник, медленно иду ко дну…
Сердце в груди с треском разрывается на ошмётки.
От сильной вспышки боли уходит земля из-под ног.
Не могу поверить своим глазам.
Князь — это Максим…
Максим Пожарский…
Тот, кто украл мою душу.
В кого я влюбилась без оглядки и себя отдала.
Моя жизнь… и моя боль…
— Ива?.. Ива, чёр-р-рт подери, — пугается Станислав, когда моё тело становится ватным, и я едва не стекаю Черкасову под ноги. — Ты в порядке?
Крепкие руки поддерживают меня, прижимают к мужской груди.
От всплеска адреналина я вся трясусь. Инстинктивно хватаюсь за плечи Стаса, чтобы не рухнуть в преисподнюю, которую Макс открыл для меня своим присутствием.
Это его тяжёлый взгляд я чувствовала на себе.
Зачем? Зачем меня сюда привезли?
Боже, что за глупая шутка?
Кому был нужен этот спектакль?
— Ты в порядке? — повторяет Черкасов.
Я едва различаю его слова. Какофония звуков и голосов разрывает мне голову.
— Я… Я не уверена… — задушено шепчу.
— Посмотри на меня, Ива, — командует Стас. — Ты бледная, как мел.
Устремив растерянный взгляд на обеспокоенного мужчину, жадно тяну воздух ртом. Горло перехватывает спазм. Я задыхаюсь, как рыба, выброшенная на берег. Лёгкие обжигает огнём.
Господи… Мир вокруг меня плывет и рушится на части. В глазах печёт.
Только бы не заплакать. Только бы не выдать своих чувств.
Я знала, что он женится на другой. Максим этого не скрывал. Но я и подумать не могла, что окажусь в этот момент рядом с ним рука об руку.
Я не желаю за этим наблюдать!
Это больно! Чертовски больно! Это убийственно!
Чувствую, как медленно умираю внутри. Каждая клеточка моего тела чернеет, превращаясь в пепел. Я вся горю. Разодранное в клочья сердце обильно кровит.
Я этого не вынесу.
— Я хочу домой, — хриплю я, понимая, что не выдержу здесь больше ни минуты.
Если я подойду ближе — там и подохну.
— Сейчас? — спрашивает Стас, пребывая в полном замешательстве.
— Да, — чувствую, как к горлу подкатывает паника. Глаза наполняются слезами.
Я понимаю, что должна взять себя в руки, но как это сделать?
Как???
Ива
«Дыши, Ива, дыши!» — приказываю себе, скользя отчаянным взглядом по Черкасову.
— Только не сейчас, — слышу его ответ. — Я не могу просто взять и уйти. Сегодня женится мой близкий друг. Я должен разделить с ним это событие. Понимаешь?
— Так оставайся с друзьями. Не стоит обо мне беспокоиться, — порываюсь уйти, но Стас останавливает меня. Крепко схватив за запястье, возвращает на место.
Мы снова оказываемся лицом к лицу.
— Объяснись, — в висок толкается хриплый выдох.
Господи, ну и угораздило же меня попасть в переплёт…
Если бы я знала, кто такой Князь, я бы никогда не сблизилась со Стасом! Не оказалась бы на этой чертовой свадьбе! Не сгорала бы сейчас под колючим взглядом Макса! Он острее ножа.
Ток… Ток… Ток под кожей.
Миллионы раскалённых иголочек расползаются по всему телу и жалят… жалят… жалят…
Зачем он смотрит?
Максу должно быть пофигу!
После того, как отправил меня на аборт, он месяц молчал! Месяц! Ни одной попытки сближения! А теперь его вид красноречиво говорит о том, что он готов меня убить.
— Стас… Это платье. Оно… — не знаю, что бы такое соврать, чтобы побыстрее слинять отсюда, поэтому выпаливаю первое пришедшее на ум: — Я не могу в нём нормально дышать. Оно сдавливает грудную клетку.
— Ты заверила меня, что в этом платье тебе удобно, — хмурится Станислав.
— Я ошиблась, прости, — виновато поджимаю губы, стараясь выглядеть правдоподобной.
— Супер… — закатывает глаза Черкасов.
— Ты его знаешь? — неожиданный вопрос Давида застаёт меня врасплох.
— Кого? — спрашиваю, автоматически поворачивая голову к другу Черкасова.
— Его, — весьма наблюдательный Руднев кивает в сторону Макса, и моё сердце снова делает кульбит. Я инстинктивно прослеживаю взгляд Давида и сталкиваюсь с не менее пристальным вниманием Пожарского.
Чер-р-рт…
Почему он сосредоточен на нас, а не на солидном мужчине, который стоит рядом и что-то энергично ему рассказывает?
А что насчёт друзей?
