- Видишь ли, я полностью согласен с тобой и считаю, что Морозов не заслуживает жить. Но совсем недавно я вновь обрел семью. У меня есть сын, в скором времени я женюсь на девушке которая носит в животе моего ребенка. - прокашлялся прочищая горло и продолжил - И так получается... что каждый раз, когда я беру в руки оружие, почему-то страдают именно они.
- Проще говоря, дорогой.. - перебил меня Толя. - Ты хочешь избавиться от гниды моими руками... Я правильно понял?
- Скажи что ты не заинтересован в этом, и я покину твой кабинет прямо сейчас.
Шелест встал, подошел к окну и промолвил:
- Всё ты правильно сделал, малец.
Вынул из кармана мобильный, набрал контакт и приложил аппарат к уху.
- Светочка, найди мне хорошего гримера и пускай приедет по этому адресу сейчас же. Передай что деньгами не обижу, пускай поспешит.
Гример и вправду явился в течении часу. Нарисовал ахренительно реальную пробоину в черепе Шелеста, и с хорошенькой суммой денег покинул кабинет.
Толя был уже изрядно подвыпивший и его крайне забавляла эта ситуация.
Поборов хохот рядом с зеркалом, повернулся ко мне и произнес:
- Ну ты и мордоворот, Север.. Так безжалостно, прямо в лоб старику зарядил. - Толя прошел к своему рабочему столу и разместился в кресле. Расслабил тело, откинулся на спинку и свесил голову. - Ну как? Похоже?
Говорю же, шестьдесят лет, а чувство юмора не растратил.
- Так, ну-ка, давай, фоткай. Ракурс по красивее выбери, вдруг в СМИ просочится. Старик Шелест должен выглядеть бесподобно даже с пулей в башке.
Когда мы закончили этот спектакль, выпили ещё по стакану и распрощались.
- Ты давай сейчас лети домой. Поезжай к Морозову, покажи фото. Пускай выглядит по-настоящему, чтобы Артур не усомнился в правдивости. Он будет считать что Шелест мертв, а Шелест явится как чертов дедушка мороз под новый год. - провожая меня, заканчивал Толя. - Завтра с утра я покончу с Артуром, можешь на меня положиться.
Мы простились, и я спустился вниз. Проходя мимо девушка "я просто стою на ресепшене" бросил извиняющийся взгляд.
- Дмитрий! - воскликнула девушка, когда я уже коснулся ручки двери. - Вы не правы. Я уже мать и у меня есть прекрасный сын, которому нужен достойный отец. Я всего лишь пытаюсь...
Я поднял вверх два пальца, и девушка замолкла.
- Тогда не продавайте своё тело. Вы достойны хорошего мужчины, Светлана. Но такими методами, которыми пользуетесь вы... Вы найдете лишь место в роли любовницы, и это в лучшем случае.
Открыл дверь и вышел на улицу впитывая в себя сырой воздух Петербурга.
Словил такси и поехал в аэропорт.
Вспомнил про Аделию и невольно улыбнулся.
Представил лицо своей девочки, когда та узнает, что всё закончилось.
Я же обещал маленькая... Я обещал.
- Это конец, да Дим?! Это конец? - уткнувшись носом в шею, задавала вопрос, на который и так знала ответ.
Северов молчал. Он знал, что нам больше ничего не поможет. И все из-за меня.. Из-за меня.
Сколько жизней я погубила? Мишель погибла по моей вине.. Мой Дима погибнет по моей вине..
Маленький Мишенька останется сиротой.. Олег останется один, один на всём этом земном шаре.
- Всё из-за меня! ВО ВСЕМ ВИНОВАТА Я! - закричала во весь голос, впиваясь в грудь мужчине.
Дима ухватил моё лицо обеими ладонями, повернул и заставил взглянуть в его глаза.
- Не смей так говорить Адель! Не смей говорить, слышишь?!
Он не успокаивал, он злился. Будь на моем месте другая, Северов уже давно бы задушил меня.
Резкий тон мужчины заставил меня замолкнуть. Я даже дышать перестала глядя в эти темные разъярённые глаза.
Челюсть Димы была сжата казалось бы до боли... Желваки подрагивали, а вздутая вена на виске отчетливо пульсировала в ритм.
Таким я его не видела никогда. Мне казалось, что в любую секунду мужчина может сорваться, и тогда случится что-то страшное. Что-то необратимое.
Где-то на фоне послышался звук открытия металлической двери.
Я поняла, что настал час, и за нами пришли наши палачи. От того, словно дикая кошка, намертво вцепилась в шею мужчины.
Дима одним резким рывком поднялся вместе со мной на руках.
Поставил меня на пол и завел себе за спину.
Я сжала ткань его рубашки обеими ладошками и прижалась виском к широкой спине мужчины.
Шаги по лестнице отбивали ритм в моей голове.
Я, не замечая сама за собой, почему-то считала каждый шаг.
И ровно на счет десять звуки стихли.
Я не вижу его, но знаю что он стоит прямо перед Димой.
Почему молчит? Прикончит нас не сказав ни слова? Почему же не говорит?
Может ли гробовая тишина быть оглушающей? Когда хочется закричать во всю мощь, лишь бы нарушить это проклятое молчание?!
Когда начинает казаться, что если ты сию секунду не услышишь хоть какой-нибудь звук, ты просто сойдешь с ума?!
Когда тебя начинает штормить, когда перед глазами расплывается туман.
Когда кроме биения собственного сердца, ты не слышишь ничего, а от того появляется желание, чтобы это чертово сердце перестало стучать, замолкло.
Бывает! Такая мучительная тишина бывает!
Я поняла это сейчас, и запомнила бы на всю свою жизнь... Если бы её продолжение имело место быть...
