Я вообще смотрю, в этом мире очень многое не выставляется напоказ. Только появившись в этом мире, я думал, что тут в магии вообще примитивизм редкостный. А когда начал вживаться, то и дело выяснялось, что и это можно, и это, и даже вот это. Просто далеко не для всех доступны эти сладкие плюшки.
И даже общее миропонимание в части «возможно — невозможно» очень сильно отличается в зависимости от того, кто ты и в каких кругах вращаешься.
*****
Попрощавшись с представителями клана Сидхарт, я начал обходить своих одногруппников. Они были здесь не все, большинство подростков остались в зоне развлечений, но нескольких я все же увидел. Почти ни с кем из их старших родичей я еще не был знаком, и сокурсники охотно представляли меня своим семьям.
Я не делал различий ни по возрасту рода, ни по статусу и влиянию. Кого видел, к тем и подходил.
Да, среди них было мало даже старых родов, что уж говорить о древних или вечных, но мир не ограничивается «высшей» аристократией. Как раз в бизнесе намного удобнее сотрудничать с родами попроще. Гонора у них меньше, а готовности искать компромиссы и изучать что-то новое — намного больше.
Намеков на желание поработать со мной или предложить проект для инвестиций было море, кстати. Чуть ли не каждый новый род так или иначе обозначал темы, на которые мы можем поговорить поподробнее, когда и если мне это будет интересно.
И к некоторым из них я вернусь, пожалуй. Не сразу, через несколько месяцев, когда станет ясно, что из недавних начинаний моего рода взлетело, и какую оно даст прибыль. Денег много не бывает.
Обойдя всех одногруппников и задумавшись, куда дальше, я наткнулся взглядом на представителя рода Наороджи. Был на Турнире участник от них, поэтому в лицо я этого мужчину узнал сразу.
Тот кивнул мне издали и направился прямиком ко мне.
— Господин Раджат, — улыбнулся он. — Рад встрече.
— Господин Наороджи, — кивнул я. — Согласен, хорошо, что мы встретились здесь. А то на свое письмо я так и не дождался ответа.
Вернувшись из Лакхнау, я не забыл про них. Несмотря на всю бредовость предложения, которое передал мне дядя, оставлять такое без ответа нельзя. Только я считал, что этот разговор должен быть лицом к лицу. И вот в этом Наороджи не спешили идти мне навстречу.
— Я не в курсе, к сожалению, — слегка нахмурился Наороджи. — Однако если вы хотели поговорить о нашем предложении…
Он с намеком посмотрел на меня, и я кивнул.
— Тогда, боюсь, я ничем не смогу вам помочь, — договорил он. — Это дело полностью в ведении главы клана.
М-да, их отношение к потенциальным партнерам меня как-то не радует. Предложения как такового нет, одни намеки, на письма они не отвечают, на встречу к главе клана еще попробуй попади. Я за ними бегать должен, что ли?
— Тогда я прошу вас передать главе вашего клана, что род Раджат отклонил его предложение, — ровно произнес я.
— Вы уверены, господин Раджат? — явно удивился Наороджи.
Вот теперь уверен. На кой черт мне союзники, которые еще и не понимают, почему подобное поведение кому-то не по нраву? Совсем зазвездились?
Наороджи — очень мощный клан. Если бы не определенные формальности, они легко встали бы в один ряд с великими кланами. Некоторые вольности им это положение позволяет, конечно, но не настолько.
К тому же, я только что общался с наследником великого клана Сидхарт и его старшим кровным родичем, и что-то там никаким высокомерием и не пахло.
Наороджи могут, конечно, считать Раджат крайне слабым родом, а меня — ничего не смыслящим в жизни мальчишкой. Это не оправдывает их отношения, но умозрительно я их понять могу. Просто работать с ними при таком раскладе я однозначно не буду.
— Уверен, — спокойно кивнул я.
— Хорошо, я передам главе клана ваши слова, — ответил Наороджи.
*****
Побродив по парку, я немного пообщался еще с несколькими знакомыми.
Чатанья Мехта тоже была здесь, правда, не с матерью-ректором, а со старшим двоюродным братом. Тридцатилетний боевой маг шестого ранга, он, похоже, недавно с границы вернулся. По крайней мере, повадки настороженного хищника, готового в любой момент ступить в бой, еще не сгладились до конца. Интересный противник, его я вряд ли смог бы так же безнаказанно гонять по арене, как Чатанью.
Вот кстати. А когда аристократы додумаются выставить против меня не детей, а опытных противников? Как ни крути, школьные бои — это не то. Чтобы понять мой настоящий уровень, надо найти плюс-минус равного соперника.
Чуть позже Хаар Бхарат, мой противник на первом факультативном спарринге в Академии, представил меня отцу, главе своего рода. Хаар — самый младший в семье, его отцу уже далеко за пятьдесят было.
После окончания этого разговора моя чуйка неожиданно начала как-то противно ныть. И Бхарат тут точно ни при чем, мы с ними вполне доброжелательно пообщались.
Это было не то обжигающее ощущение опасности, к которому я уже привык, а что-то непонятное.
Еще через пару разговоров ни о чем, я понял, к чему это.
Ко мне шел глава рода Каспадиа. Шел прямиком, не скрываясь и собирая на себя множество заинтересованных взглядов.
