– Об этом я и хотел бы поговорить с тобой. Дело в том, что список уже почти согласован, и, как ты понимаешь, образовалась некоторая… несогласованность между числом желающих и количеством мест. Первый вариант решения – увеличение количества мест. Но так как после того, как ты закончишь обучение, поток желающих учиться в замке явно снова упадёт, то расширить количество учеников мы смогли всего на четыре места. Этого оказалось недостаточно. Поэтому решили посмотреть, кого из действующих учеников мы можем подвинуть. Места Ричарда де-Ласси, Терезы Тодт, шевалье Франка Зенемаллер, Александры де-Шварцвален, Сьюзен де-Велленвис остались в неприкосновенности. Франц де-Витт и Грета де-Нинбург уходят в этом году, это если не брать в расчёт то, что семья Греты сама по себе занимает довольно высокое положение. А вот Марту де-Кнаут и Кристину фон Вальт стали уговаривать перейти в другую школу. Но если родители Марты уступили своё место без особых проблем, скорее всего из-за ваших плохих с ней отношений, то вот фон Вальты отказались наотрез. Меня просят повлиять на них и на Кристину, но я не знаю, как. Сама она утверждает, что поскольку является твоей ученицей, отпустить её можешь только ты сам. Может быть, ты…
– Нет.
– Это твёрдое решение?
– Георг, если ты ещё хоть раз заведёшь разговор о том, что Кристина неподходящая компания для меня и ею можно и пожертвовать, я с тобой поссорюсь.
– Я понял. – Георг встал с кресла и поклонился. – Приношу свои извинения, первородный. Вы позволите донести эту вашу твёрдую позицию до вашего опекуна?
– До любого человека, которому вы сочтёте нужным донести её, благородный Георг.
Из Ипра мы выехали на следующий день. До момента отъезда Мария старалась не попадаться мне на глаза, но если вначале меня это веселило, то потом стало раздражать, тем более что Кузьмич донёс мне о паре приватных разговоров между Марией и тётей Жаннетт. Сам Кузьмич не сомневался, что при желании может подслушать всё, что делается в его доме, через любые чары приватности, но я не стал просить его об этом. Если я начну уже и Марию подозревать в чём-то, осознанно направленном против меня, надо бросать всё и уезжать, хоть в Северную Америку, хоть в Южную.
Когда мы оказались в карете, Мария посмотрела на меня с некоторым испугом и как-то полускрылась за Георгом. Я, никак не реагируя на эти её действия, раскрыл очередную юмористическую книгу – справочник по теории магии (такого скопища глупостей и умозрительных предположений, как в теории магии Земли, я никогда не встречал) – и сделал вид, что углубился в чтение.
Неожиданно книга оказалась серьёзной и увлекательной. В ней довольно логично, с доказательствами и даже пусть примитивными, но расчётами обосновывался вывод о том, что всё многообразие магии на самом деле лишь разные выражения одного и того же явления. И между различными формами магии существует значительно больше общего, чем кажется на первый взгляд.
Всего на Земле выделяют одиннадцать видов магии. Сам я о них ещё отчётливого представления не имею, хотя некоторые вещи уже заставляли меня оторопеть:
– боевая магия;
– магия мёртвых;
– бытовая магия;
– магия иллюзий;
– магия жизни;
– алхимия;
– демонология и магия тьмы;
– артефакторика;
– целительство;
– магия природы;
– магия пространства.
Автор данной книги свысока, со снисходительностью взрослого, обсуждающего детские теории мироустройства, рассуждал о том, что мысль о противопоставлении или даже о вражде различных видов магии так же нелепа, как и мысль о вражде правой и левой рук у человека. Это полностью согласовывалось с картиной, которую мне-графу преподавали как в школе, так и в университете. А это значит, говорил в следующих главах автор, что можно собирать магию не только через алтарные камни, которые, по общему мнению, выбирают из творящегося хаоса типов магии ту, которая для них наилучшим образом подходит, а и через другие устройства, никак не связанные с семьями и родами. Обоснование приводилось следующее.
