Я стал обдумывать это предложение. На первый взгляд, в нём плюсов больше, чем минусов, но это и настораживает. Прежде всего:
– А к каким отрицательным последствиям для моей жизни и здоровья этот ритуал может привести?
– За кого ты меня принимаешь, неблагодарный мальчишка! Я никогда бы не позволила себе предложить ритуал, угрожающий твоей жизни. Или ты ещё и об этом клятву с меня потребуешь?
– Нет, не потребую. Просто, если бы у ритуала не было второго дна, им бы пользовались направо и налево.
– Ты прав, отрицательное последствие есть. Во время инициаций твой резерв не будет увеличиваться. Ну что, согласен пожертвовать этими перспективами ради Марии?
– Этими – согласен.
– Так, значит, ты согласен на обряд?
– Я подумаю. Как я понимаю, для проведения обряда всё равно надо ехать в маркизатство?
– Да, – тётушка как-то странно на меня посмотрела и заметно сбавила тон.
– Вот там, в маркизатстве, и разберёмся, что делать. – Я коротко поклонился тётушке Жаннетт и прошёл в свои комнаты. Там сразу же вызвал родовитого Этьена.
– Мои глубочайшие извинения за прерванный сон, но дело не терпит отлагательств. Приказываю моим именем доставить в гостевой дом замка Ипр всех служащих тётушки Жаннетт. С этим могут быть какие-то затруднения?
– Нет, первородный. Они ваши вассалы и исполнят вашу волю.
– Если мне дозволено будет вмешаться, – в разговор вступил Жан фон Штаунзахер, в кабинете которого и находился управляющий, – то смею сообщить, что первородная Жаннетт наняла отряд из девяти одарённых, которые, по крайней мере вчера, находились в её доме.
Мои подозрения по поводу тётушки переросли в уверенность. В разговоре наступила пауза. Наконец родовитый Этьен оправился от шока, в который его повергло услышанное:
– В таком случае я немедленно свяжусь с магистратом, для того чтобы они дали мне сопровождающих. Не думаю, что наёмники станут воевать со стражниками города.
– Всё это прекрасно, но тем не менее запрещаю вам ехать в дом тётушки до того, как прибудет подмога, которую я направляю вам.
– Буду ждать с нетерпением.
Прервав связь, я вызвал благородного Эшли. По счастью, они находились вдвоём с дочерью недалеко от портала и были готовы отправиться в Лилль сразу же. А Дэвид фон Гантер уже ожидал на будущей базе моего отряда под Лиллем.
Ещё одну боевую тройку я попросил в Люксембурге, и две мне предоставил Люк де-Леман. Все эти люди должны были переместиться в Лилль и оттуда со всей поспешностью ехать в маркизатство. Однако барону де-Раду этого показалось недостаточно, и ещё одну тройку он нанял прямо в Брюсселе. Исходя из того, что тётушку также сопровождала тройка одарённых, данная предосторожность не показалась мне излишней. Я не очень-то торопился с отъездом, давая возможность моим силам собраться в маркизатстве. Конечно же Жаннетт могла получить информацию из своего дома по блюдечку, но, по счастью, этого не произошло. Забегая вперёд, скажу, что благодарить за это я был должен моего адвоката.
Именно он, не будучи даже одарённым, смог предотвратить попытку связаться с тётушкой – одним ударом кулака нейтрализовал руководителя её канцелярии, который уже был готов сообщить о ворвавшихся в дом незваных гостях. Наёмников, кстати, в доме не оказалось.
Так что у меня даже выдалось несколько свободных минут пообщаться со Степанычем. Оставшись в одиночестве, я позвал домового, предварительно предупредив его, чтобы тот не показывался на глаза.
– Вот теперь рассказывай, какой такой подарок получил и что это означает.
– Ну, ежели человечек что взять в доме хозяина – хочет без спросу, так он часть себя хозяину отдаёт.
– Что значит «часть себя»?
– Ну, у вас, у магов, это энергия ваша, а простой человечек кровью обходится. Так вот, выставив подарок, человечек как бы вручает свою судьбу в руки хозяина. Только хозяин может решить, достаточен ли дар за то, что человечек взять хочет. И ежели недостаточен, то человечку тому худо будет.
– И что, каждое ограбление такими вот подарками сопровождается?
– Нет, это ежели надо взять что-то малоценное, что с домом связи не имеет.
– То есть, если я привёз пару мешков золота и сгрузил их в подвал, то это в твоих глазах малоценным будет?
– Ну да, ежели ты вчера это самое привёз, то сегодня оно почти ничего и не будет стоить, а вот то, что веками в доме находится…
– Ну понятно, либо частью обстановки является.
– Истинно так.
– Ну, спасибо, что сказал.
– Дык, это… теперича и неважно.
– Почему неважно?
– Дык… как на мне твой знак появился, так я теперича ни на какие подарки не поведусь.
– Постой, так на тебе мой знак теперь есть?
– Дык о чём я тебе и толкую.
– Так ты и возвысился теперь?
– Пока нет. Вот ты во взросление вступишь, тогда и я возвышусь. Ты только, это… в услужение меня Кузьмичу не отдавай.
– Не буду. Этот жук у меня ещё получит – за то, что информацию скрывал.
– И правильно! А то нашёлся прыщ на ровном месте.
– Ладно, это наши с ним дела. Ты мне лучше вот что скажи, а как вещь, сроднившуюся с домом, крадут?
– Как, как… Усыпляют хозяина, и всех делов-то.
