– Всё, оставьте его! Наверх! Поджигайте кровлю! Дайте сигнал войску!
Наёмники загрохотали по лестнице, боярина же, пронзённого в нескольких местах, вытащили на открытое пространство. Посланник князя встал над ним, указал рукой на юношу, что погиб мгновенно, ибо Рауд рассёк его от шеи до паха, и произнёс:
– Вот, всё свершается. Посмотри на своего сына, второй также пал, и сейчас ты присоединишься к ним. Справедливый правитель послал тебе свой дар. Доброслав, дар у тебя?
– Да, – старший отложил Змею и вынул из ножен на поясе тот короткий меч, что когда-то Валамир преподнёс ему в знак заключения договора. – Жало отмщения у меня.
– Дай ему то, что он заслужил.
Велиградец нагнулся над раненым и всадил ему клинок под ключицу, утопив почти до самой рукояти, тот лишь раз вздохнул, дабы замереть навсегда. Сверху раздались женские крики, там кто-то метался, падали вещи, почувствовался лёгкий запах дыма. Гудрун сбежала с лестницы, крикнув:
– Там всё! Мы запалили крышу! Нужно будет поскорее идти к воротам!
– Да, пока они ещё не поняли, что к чему, – кивнул Куница.
– Моё! Не трожь! – спорил за добычу один из гариев с другим, стягивая сапоги с убитого. Северяне спешили, срывая одежду и забирая оружие, ибо хорошо знали, что искателям удачи глупо полагаться лишь на плату от нанимателя.
– Сейчас мы идём, – сказала воительница. – Мои люди должны взять то, что им причитается по праву победителей.
Доброслав протирал от крови Змею, когда внезапно почувствовал, как пелена застилает глаза, его охватила слабость, голова налилась болью. Он прислонился к стене, не понимая, чем вызван приступ, меч в руках словно горел, даже держать его было трудно, ибо ладони обжигало. Он вытер взмокший лоб, перед глазами несколько прояснилось, но озноб не проходил.
– Ты идёшь? – спросил его Куница. – Нужно к воротам спешить.
– Я ещё тут посмотрю… – велиградец не подал вида, что ему плохо, но и не хотел в таком состоянии вступать в новый бой.
– Мы идём, – Гудрун положила меч на плечо. – Где стоят гарии, которых нанял Асень? Я могу перетянуть их на нашу сторону…
По зареву пожара двухтысячное войско узнало, что отряд достиг успеха. Дир стремительно повёл своих людей к крепости, и они сходу ворвались в ворота, начался хаос, однако организованного сопротивления уже не было. Дом весь превратился в огромный факел, и лишь широкое пространство внутреннего двора не давало огню перекинуться на другие постройки. Гарии рыскали в поисках добычи, засовывая в мешки сапоги и дорогие рубахи, кинжалы с резными рукоятями и нашейные гривны. Старший не стал наблюдать за всем этим, от мерцания пламени у него только кружилась голова, поэтому он оставил отряд и поспешил назад, в Преславу, где можно было надеяться получить избавление от боли.
Дорога предстояла долгая, но ночная прохлада несколько успокоила его жар, да и шум встревоженного города остался позади. Теперь он не сходил с тракта, ни от кого не прячась, но мир вокруг был пустынен и тих, лишь птицы перекликались вдали. Поэтому, когда Доброслав увидел впереди цепь всадников, ему показалось, что это тени или ночные духи парят над землёй. Процессия приблизилась, и он понял, что это сам Валамир в окружении своей дружины шествует в Черн. Владыка пожелал своими глазами узреть падение врага и показать горожанам, что вернулась истинная власть, и пора оставить надежды на мятежного боярина.
Кмети узнали велиградца и приветствовали его, князь же проехал молча, лишь коротко кивнув, он был слишком погружён в свои мысли. От группы отделился один всадник, что остановился прямо перед одиноким путником, капюшон упал с его головы, открыв длинные волосы.
– С тобой всё хорошо? – сразу спросила Дарена, заметив неладное. Доброслав почти не удивился, увидев её здесь, ибо уже хорошо знал её неспокойный нрав.
– Нет, не всё, – он не стал скрывать. – Меня охватил какой-то жар, хотя я не ранен, да и Змея всё не остывает, я чувствую её тепло даже сейчас. Ты сведуща в тайных умениях. Я надеялся, что ты сможешь помочь мне.
– Я подозревала, что это может случиться, – женщина спрыгнула с коня и коснулась его лба своей холодной рукой. – Старые проклятья нельзя обойти… Ты был ранен Чёрной Змеёй, когда сражался против вождя диких, всего одна царапина, но всё же. Этот клинок искупался в крови великого змея, и яд его всегда губителен. Он не убьёт тебя быстро, но может отравлять, забирая жизнь.
– Что ты такое говоришь? – старший осел на землю. – Я должен умереть? Почему ты мне раньше не сказала?
– Нет, ты не умрёшь, – Дарена схватила его за голову, и он почувствовал, словно ледяная вода вливается в тело. – Не забывай, что в моих жилах течёт кровь божественного рода. У меня есть средство даже от яда Змеи. Я не была уверена прежде, как он подействует на тебя, но теперь всё стало ясно. Насмешка богов в том, что дух этого меча подчиняется тебе как господину, но он же и убивает тебя. Мы сделаем так, что проклятье замрёт надолго. Оно никогда не покинет тебя, но мы усыпим его…
– Моя колдунья знает лекарство даже от смерти, – прошептал Доброслав.
