Этот мир осквернен демонами. Отряды лиги охотников и широкие стены приграничных городов защищают людей от злобных, жаждущих крови тварей из инфернальных пустошей. Боярские роды делят сферы влияния, а силовики ведут активную борьбу с тайными ковенами.Сможет ли обычный человек, волей судьбы оказавшийся в подобных обстоятельствах, сохранить себя? Или ради выживания ему придется серьезно измениться?
Тишина в комнате прерывалась мерными и уже давно привычными звуками функционирующих медицинских приборов, поддерживающих жизнь в немощном теле…
Древний старик лежал на твердой кушетке и терпеливо ждал новостей. Что-что, а это он умел делать превосходно, последние пятьдесят лет он только этим и занимался. Ему не доставляли неудобств ни огромное количество разнообразных трубок, ни холодный воздух подземелья.
За долгие годы паралича он успел привыкнуть к первому, а со вторым у него особые отношения.
Внешне старик выглядел неприглядно. Тонкая морщинистая кожа с неприятными пигментными пятнами обтягивала тощий скелет. На теле отчетливо выделялись многочисленные вены, обезображенные варикозом. Лысая голова без единого намека на волосы, беззубый рот и впалые выцветшие глаза лишь дополняли неприятный портрет цепляющегося за жизнь человека.
Вероятно, сейчас никто не смог бы узнать в нем прославленного главу рода Морозовых, некогда могучего воина и мага, одного из столпов Носирианской империи, фаворита императрицы Анастасии II, доживающего свой век в доме зятя — мужа покойной дочери…
За дверью раздался едва слышный шорох, она отворилась, и в комнату бесшумно вошел пожилой крепкий мужчина, еще не утративший стать бывалого воина, но уже не излучавший полагавшейся ему силы.
Верный старый слуга древнего мага бережно держал на руках тело десятилетнего ребенка и беззвучно плакал.
Глаза старика расширились от осознания произошедшего несчастья. В комнате резко похолодало.
Пятьдесят лет он ждал напрасно, и надежды на возрождение рода уже нет? Или еще есть?
— Он убил его, — прошептал слуга, опускаясь на колени, и на вытянутых руках поднес тело ребенка к своему господину. — Убил сразу после ритуала.
Старый слуга содрогался в беззвучных рыданиях.
Его любимый воспитанник! Погиб от рук собственного отца, не пройдя ритуала проверки способностей! Он оказался всего лишь нормалом — человеком, не имеющим предрасположенности к магии. Но это же не повод, чтобы убивать младшего сына! Который к тому же позже перейдет в другой род. Да и отсутствие магических способностей в раннем детстве указывает лишь на то, что ребенок не станет очень сильным магом, а вот просто магом стать может. В крайнем случае мальчик мог бы пойти по пути воина. Да, это не характерный путь для представителя бояр, но если нет другого, что делать? К тому же в таком случае старая кровь была бы сохранена. Хотя… эти доводы теперь бесполезны… ребенок мертв…
— Феофан, как давно это произошло? — раздался каркающий нечеловеческий голос, наполненный потусторонней мощью.
Слуга замер, его лицо залил пот, сердце, как бешеное, застучало в груди, руки задрожали.
— Две минуты назад! — прошептал некогда великий, сглотнув ставшую вязкой слюну. — После ритуала я забрал мальчишку и бросился к вам!
Старый слуга испугался, очень испугался! Ведь его господин заговорил впервые за последние тридцать лет. В это невозможно было поверить.
— Еще не поздно, — задумчиво сказал древний маг и приказал: — Положи Ивана прямо на меня.
Слуга беспрекословно выполнил волю господина и замер, надеясь на чудо. Он понял, что должно произойти, и благодарно склонил голову, с уважением и гордостью принимая величайшее доверие, проявленное древним магом.
Не каждый покажет постороннему, пусть и верному слуге, что знает демонические ритуалы. Хотя, с другой стороны, у древнего мага нет более верного человека, чем он.
Феофан не страдал узколобостью, он слишком много пережил, чтобы обладать подобным недостатком. И поэтому понимал, что жизнь заставит сделать и не такое. В любом случае он не станет проклинать господина, ведь тот хочет спасти свое наследие.
Старик положил тощую руку на голову внука и, закрыв глаза, замер.
В комнате резко похолодало. С каждой секундой холод увеличивался. Стены комнаты, пол, потолок начали покрываться инеем, а затем и коркой толстого льда.
— Смерть добавляет годы, — сказал князь каким-то безумным голосом. — Знай это, Феофан! И помни, когда Иван очнется, он уже не будет прежним!
— Я запомню, господин! — произнес старый воин.
— В таком случае можешь идти! Дальше я справлюсь сам! — Голос прозвучал властно, и слуга выскочил из комнаты, не желая становиться свидетелем предсмертного ритуала, проводимого древним магом.
По правде говоря, он бы и не смог присутствовать, неподготовленный человек просто-напросто погибнет в буйстве магических энергий.
От творимой в комнате волшбы кожа покрылась мурашками, волосы встали дыбом, несмотря на то что Феофан отступил подальше от двери, ведущей в покои. Князь Морозов по праву считался одним из сильнейших магов мира.
Температура воздуха в коридоре и соседних комнатах значительно понизилась.
«Если так будет продолжаться, скоро сюда заявятся любопытные. Остается надеяться, что этого не произойдет».
Пожилой мужчина грязно выругался и, проверив наличие оружия в скрытых ножнах, замер. Как всегда, эти действия придали уверенности в собственных силах.
