Мария хищно улыбается и поднимает руки. Глухой шёпот, тёмные символы — и вот уже самые слабые из мертвяков застопорились, зашатались… и оборачиваются против своих.
Как ей это удается⁈
Зомби ломают друг друга, кусают, пока магия некромантки не растворяет их в гниющей жиже.
Лезвие моего меча вспыхивает в лунном свете, входя в шеи, вспарывая гнилые животы. Один прыгает на меня, и я едва успеваю уйти в сторону, когда его когти корябают воздух у моего лица.
Подсечка — и он падает. Вбиваю клинок в его череп, и чудище затихает в конвульсиях.
Лес вопит, полыхает светом магии, пахнет гарью и разложением.
Кирсан сражается рядом, Лея без остановки натягивает тетиву, Мария смеётся, вплетая колдовство в гниющие тела.
Неожиданно всё резко меняется.
Из глубины леса раздается новый звук — не гнилой хруст, а тяжёлые шаги.
Разворачиваюсь, меня пронзает, как молнией. Это не просто зомби. Это нечто большее.
Огромное, в три человеческих роста, с кожей, как высушенный пергамент, и глазницами, в которых полыхают синие огни. Оно шагнуло на поляну, и даже зомби замирают в его присутствии.
— О, чёрт возьми, — бормочет Васька. — Это что ещё за мразь?
— Некроколосс, — шепчет Мария. — И он не просто так здесь.
— Значит, будем убивать! — говорю я и шагаю вперёд. — Чую, плоть его создана из сотен мертвецов, разделанных и вновь сформированных в единое целое этого великана.
Я уже знаю из своей прошлой жизни, что эти, так называемые создания — представляют собой пик — венец тёмной некромантии.
Не чувствуют ни боли, ни ран.
Это просто ходячий вихрь смертельной энергии, вокруг которого воют проклятые души.
Гниющая плоть — воплощение Темной магии!
Некроколосс не дает времени на размышления. Он бросается на меня, и я еле успеваю уйти в сторону, когда его когтистая лапа врезается в землю, оставляя глубокие борозды.
Я скользнул под его ударом, нанося короткий укол в сухую плоть. Без толку! Этот гад крепче, чем кажется.
Лея пускает магическую стрелу — она вспыхивает и исчезает, не оставив следа. Кирсан бьет мечом — клинок скользит по коже монстра, будто по камню.
Мария пытается подчинить его магией — он даже не вздрогнул. Он сильнее ее. Намного.
— Да чтоб тебя! — рявкаю я. — Есть идеи?
— Сердце! — кричит Мария. — Оно не внутри него! Оно снаружи! Где-то на теле!
Прищуриваюсь, пытаясь разглядеть слабое место. И вот — под рёбрами, сбоку, мерцает небольшой, пульсирующий сгусток тьмы.
— Нашёл! — Бросаюсь в сторону, избегая удара колосса.
Он ревет, размахивая руками, топчет землю, но я быстрее. Один прыжок — и я уже на его спине. Он дёргается, пытается сбросить меня, но я вонзаю меч прямо в это пульсирующее сердце.
Некроколосс взвывает.
По телу пробегают трещины, синий свет прорывается наружу. Он корчится, а затем разлетается в стороны сотнями мелких осколков.
Тишина.
Валюсь на землю, тяжело дыша. Больше никто не идёт.
С вурдалаками покончено.
Разлом запечатан.
Некроколосс уничтожен.
Лес наконец затихает…
Плетёмся назад, еле держась на ногах. Когда доходим до костра, никто уже не думает ни о разговорах, ни о еде.
Падаем прямо, где стоим, на землю, покрытую снегом, смотрим в ночное небо.
— Только бы дожить до утра, — бормочет Васька.
Закрываю глаза, и тут же засыпаю.
Просыпаюсь рано утром.
Солнце медленно поднимается над лесом, окрашивая верхушки деревьев в золотистый цвет.
Отряд приходит в себя после ночной битвы. Воздух пропитан запахом крови, сгоревшей плоти и пороха.
Оглядываю еще одно поле боя.
— Ну что, господин барон, — тянет фамильяр Зир, лениво потягиваясь, — вампиры теперь знают, что с вами шутки плохи. Хотя, конечно, они бы и рады что-нибудь ответить, да только у них теперь не хватает для этого… органов.
Хмыкаю. Фамильяр сегодня особенно разговорчив.
— Зир, ты хоть раз бы после боя помолчал.
— Ну как же, барон, молчание — золото, но, боюсь, мои комментарии дороже. Кстати, а ты заметил, что у одного из этих кровососов глаза были такие, словно он всю свою нежить ел только лимоны? Вот уж правда, кислый тип.
— Я заметил другое, что он попытался руку мне откусить.
— Тоже вариант диеты, — пожимает плечами Зир. — Может, он просто не умеет пользоваться столовыми приборами.
— Не хочешь замолчать? — спрашиваю я.
— Хочу, но не могу, — усмехается Зир. — Как говорится, глупость побеждают мечом, а вот вампиров, похоже, просто хорошей логистикой. Глянь, они сами пришли, сами встали под наши прицелы, сами нас обеспечили ресурсами. Если бы не их неприятная привычка пить кровь, я бы даже предложил их нанять.
Фыркаю, стряхивая с плаща засохшую кровь.
— Прямо здесь оборудуем капитальный полевой лагерь и установим магические защитные барьеры, — говорю я, обходя поляну. — Отряд тут останется и будет нести службу.
Даю последние распоряжения. А мы отправляемся в путь.
Васька уже подогнал броневик, мотор урчит, словно зверь, готовый к прыжку. Загружаемся в машину — я, Мария, Семён Колтов и Васька.
В упор смотрю на Марию.
Она сидит у окна, задумчиво глядя на лес, в глазах её читается решимость.
— И что теперь? — спрашиваю я. — Чем ты будешь заниматься?
Переводит на меня взгляд.
