Тетя глубоко вздыхает, поправляет сползшую шаль, и со спокойствием академика выдает.
— Мы с Машенькой проводили базовый ритуал вызова души. Ну, элементарный! Чуть сложнее «Светоча памяти».
— И что пошло не так? — медленно уточняю я, глубоко дыша, дабы успокоиться и принять верное решение.
— Ну-у… — тянет тетя, поглаживая вздрагивающую Машу по спине. — Малость огня добавилось.
— Малость⁈ — не выдерживает Арсений, ошарашенно уставившись на руины.
— Ну да, деточка немного переусердствовала.
— Немного⁈ — у меня едва не начинает дергаться глаз.
— Ну, скажем так, в какой-то момент воронка загорелась… — признает тетя. — А потом из нее повалил эфирный огонь. Я пыталась его погасить, но, знаешь ли, эфирный огонь не особенно поддается тушению.
— О, это точно, — вставляет Зир, с ленцой прихлопывая лапой копоть с моего плеча. — Ты ж помнишь, господин, как тот некромант на прошлой неделе загорелся? Почти как свечка.
— Не напоминай! — рявкаю я.
— Вообще, не стоило Машеньке пытаться напрямую соединять стихию эфира с огнем, — задумчиво продолжает тетя. — Это же основа основ, я объясняла…
— Я хотела впечатлить тебя, тетя, — всхлипывает Маша, наконец приходя в себя. — Хотела показать, что умею!
— Ты еще и всхлипывать умеет? Ну, давай, Мария, удиви меня! — цежу я.
Наступает тишина, нарушаемая только потрескиванием обугленных балок.
Затем вздыхает Арсений.
— Ну, зато дом теперь можно строить с нуля.
Тру руками лицо.
— Арс, ты предлагаешь в этой ситуации видеть положительные стороны⁈
— А что еще остается? — жмет плечами.
— Ох, бароны — тянет Зир. — Ну не зря же я всегда говорил, что в вашей семье гены разрушения очень сильны. Это талант, я бы даже сказал, семейная гордость.
— Зир, помолчи! — одновременно рявкаем с братом.
Фамильяр накрывает мордочку лапкой, но хвостом ухитряется изобразить некое подобие саркастического взмаха.
Я снова перевожу взгляд на пепелище и понимаю, что решать придется мне.
— Ладно, дамы и господа, — объявляю я, глубоко вздохнув. — У нас больше нет дома.
— Совсем нет, — хмыкает Арсений.
— И это значит, что нам нужна новая крыша над головой. Срочно.
Все переглядываются.
— И куда же мы теперь? — тетя склоняет голову, пристально глядя на меня.
Хищно улыбаюсь.
— Мы отправляемся…
Я осекаюсь. Если скажу это вслух, все точно меня не поймут.
Но решение принято.
Броневик сотрясается на ухабах. Машина урчит, как голодный демон, в недрах которого висит напряжение. Все гадают, куда я их везу.
Но озвучивать –рано.
Василий сжимает руль, как глотку заклятого врага, и шипит сквозь зубы что-то нечленораздельное.
Все на нервах.
Позади остался наш дом, точнее, его дымящиеся останки. Виновница трагедии — Маша, сидит, прижав к груди фамильяра Зира, и даже не пытается оправдаться.
— Ну, бывает, — говорит она с виноватым смешком. — Огонь — стихия капризная.
— Бывает? — выдаёт Арсений, заикаясь от злости. — Дом! Наш родовой дом!
— Какой еще родовой? — спорит она. — Вы же его за золото купили.
— Не купили, а выкупили! — поправляет брат. — Двести лет истории, проклятья, защитные чары, шесть этажей, башни, подземелья! Всё в пепел!
— Честно говоря, башни уже были накренены, — замечает тётя Нина, протирая очки. — И плесень в подвале завелась страшная.
— Ну да, чего уж теперь, — поддерживает её фамильяр Зир, лохматое существо неопределённого вида, лениво вытягиваясь у Маши на коленях. — Зато теперь у нас настоящий свежий старт. Знаете, как в книгах? Герои теряют всё и начинают сначала! Только без пафосных речей, пожалуйста, у меня от них шерсть дыбом.
— Ах ты, магический клоп! — Арсений возмущённо тычет в него пальцем. — Это тебе смешно? А где мы теперь будем жить⁈
Все замолкают. Вопрос резонный.
— У нас есть несколько вариантов, — спокойно говорю я, откидываясь на сиденье. — Городской особняк у реки…
— Продан.
— Родовое поместье на севере…
— Проклято.
— Замок деда?
— Захвачен нежитью.
— Хм. Тогда… у меня есть ещё одно место.
Многозначительно смотрю на всех, выдерживая паузу.
— Где? — наконец, спрашивает тётя Нина.
Называю поместье на западе губернии.
На секунду в броневике — абсолютная тишина. Потом взрыв.
— Ты сошёл с ума⁈
— Нет, серьёзно⁈
— Это хуже, чем нежить!
Зир вообще сворачивается в клубок и тихо скулит, как испуганный щенок.
— Вы же знаете, что там, — вклинивается в разговор слуга и сглатывает. — Там…
Думает, я не знаю. Еще как знаю, поэтому и еду туда. Но вслух говорю другое.
— Там нас никто не ждёт, — спокойно замечаю я. — И там мы в полной безопасности.
— В безопасности⁈ — подает голос Зир, но кто на него обращает внимание.
Мы подъезжаем.
Броневик резко тормозит, вздымая грязное облако брызг. Вываливаемся наружу.
Перед нами — огромный, древний особняк. Тёмные окна, словно пустые глазницы. Окружённый заброшенным садом, с глухими стенами, заросшими мхом. Легенда о нём ходила жуткая.
И я знал — сюда никто не посмеет сунуться.
Сзади — шёпот Арсения.
— Демид… а вдруг они всё ещё там?
Вдруг?
Ветер завывает. Где-то хлопает ставня.
Смотрю на дом, на его мрачную, неприступную громаду. И знаю — нам надо туда.
