Демон бросается на меня в последней отчаянной атаке, но я нахожусь уже на другом уровне. С лёгкостью уворачиваюсь, вплетая финальное заклинание.
Свет вокруг вспыхивает, мир взрывается сиянием.
Демон кричит. Его тело трещит, исчезает, рассыпаясь в небытие.
Последний его рёв разносится эхом.
Стою, тяжело дыша, чувствуя, как силы приливают, теперь я стал другим. Сильнее. Могущественнее.
— Ну вот, теперь ты снова воняешь магией, — вздыхает Зир. — Надеюсь, в следующий раз всё будет проще. Хотя… кому я вру? Будет ещё сложнее.
Улыбаюсь, оглядываясь по сторонам.
Мои друзья начинают приходить в себя. Победа. Окончательная и бесповоротная.
Я иду впереди, за мной — все остальные.
Кто-то сбивчиво дышит, кто-то нервно перешептывается, но никто не останавливается.
Чувствую себя обновленным, словно пропустил через себя грозу и теперь сияю изнутри. Магическая сила течет по венам, пульсирует в кончиках пальцев, направляя меня через исчезающие коридоры, где стены, словно живые, сдвигаются, меняя очертания.
Но я уже точно знаю, где Васька.
Коридоры уводят нас все глубже в недра этого странного места, где тени выглядят слишком плотными, а время словно запинается на каждом шагу.
Но я не сомневаюсь — теперь все препятствия преодолею. Чувствую Васькин страх, но и его стойкость. Он тянет время, хитрит, петляет, ожидая, что придем и переломим чашу весов в его пользу.
И мы выходим на него.
Картина открывается достойная пера великих живописцев, если бы они, конечно, умели рисовать магический трэш с элементами безумия.
Васька, поджав губы, стоит посреди заброшенного зала, по стенам которого бегут рваные письмена, складываясь в непонятные символы.
Напротив него возвышался демон — существо с кожей, словно сожженной дотла, сквозь которую светятся угольные трещины. Огромные когти замедленно водят по воздуху, будто демон решает, стоит ли превращать Ваську в шашлык прямо сейчас или сначала поиграть.
А Васька — ох, этот проныра — не теряет самообладания. Он сложил руки за спиной и невинно покачивается с пятки на носок, вальяжно бросая.
— Ну, раз уж мы тут вдвоем, может, договоримся? Ты, я, стаканчик кофе… или чего ты там пьешь? Расплавленный свинец? Не буду осуждать.
Демон издает утробный звук, явно переводившийся как «Не смеши мои обугленные ребра».
Васька прищуривается, явно думая, как ещё потянуть время, но его спасение уже марширует к нему в нашем лице.
— О, наконец-то! — всплескивает он руками, едва видит нас. — Ребята, ну сколько можно! Я тут уже практически не знаю, что и делать. Фантазия моя на исходе.
Демон, не ожидавший подмоги, раздраженно разворачивается. Васька резко делает шаг в сторону, а я вскидываю руку, концентрируя силу.
Демон рванул на нас.
— Давай, покажи класс, — бурчит Васька, прячась за моей спиной. — А я, так и быть, морально поддержу.
Усмехаюсь, выпуская поток магической энергии прямо в демона. Дальше идет как по накатанной.
Добиваю демона.
Последний удар. Клинок с хрустом проходит сквозь его грудь, вспарывая черноту, из которой он соткан. Демон визжит, его глаза разгораются адским пламенем, и он пытается ухватить меня когтистой лапой.
Поздно.
Выворачиваю меч и выдергиваю его, отшатываясь. Тварь рассыпается в черный дым, и с последним воплем его сущность исчезает, оставляя после себя лишь тонкий запах серы.
Позади меня тяжело дышит Зир.
— Надеюсь, этот был последним.
Но лабиринт не дает передышки.
Каменные стены дрожат, и внезапно коридоры начинают смыкаться, словно живой организм хочет нас проглотить.
Бросаемся вперед через узкие проходы, которые исчезают за спиной. Раз за разом повороты ведут нас не туда, ловушки вынуждают идти кругами.
Начинаю замечать, что стены движутся не хаотично, а по какому-то закону, будто проверяя нас.
— Это уже не смешно, — шипит Мария, с силой вбивая свой кинжал в стену, но та мгновенно затягивается.
— Держитесь рядом! — приказываю я. — Если начнем паниковать, нам конец.
Движемся дальше, а лабиринт словно издевается над нами. Чувствую его сознание, его древнюю магию, и в какой-то момент понимаю — он не хочет нас убить.
Он испытывает!
Вспоминаю карту, которую видел у входа, мысленно прокладываю путь. Запоминаю моменты, когда стены исчезали и появлялись снова.
Мы идем вперед, я веду группу.
В какой-то момент видим перед собой бесконечный коридор, ведущий в темноту. Делать нечего — шагаем вперед.
Внезапно пол уходит из-под ног, и мы проваливаемся вниз. Земля переворачивается. Мы падаем, не успевая даже закричать, и… вываливаемся в огромный зал.
Тронный зал.
Высоченные колонны, уводящие вверх во тьму, каменные стены, украшенные золотыми узорами и древними фресками. Огромные канделябры с магическим светом. В конце зала возвышается трон, а на нем —граф Лев Шумской.
Мой прапрадед.
Он встречает нас в центре родового зала, где под потолком медленно крутятся тени давно ушедших предков. В воздухе пахнет старой бумагой, воском и чуть-чуть серой — словно кто-то совсем недавно приоткрыл дверь в преисподнюю.
