Кроме меня…
Ибо мне постоянно казалось, что я живу, как-то неправильно.
— Нет, ну ты видел⁈ — брызжа слюной, проорал Владимир Сергеевич, бросив на стол несколько мятых бумажек: — Да, как они посмели!!!
Меня терзает сомнение, что это — не моя жизнь. Не мой мир.
— Докатились до откровенного вранья!!! Ну, как же так…
Раньше мне казалось, что передо мной открыто будущее. Моё сердце буквально трепетало от предвкушения того самого «поворота судьбы». Но чем дольше я жил, тем тусклее становились краски… А ещё и чувство полной отречённости всё никак не давало мне покоя.
— Сань! Ну, ты видел⁈
Психотерапевт сказал, что у меня — начальная стадия выгорания. Этакий, преддепрессивный синдром. Мне даже выписывали таблетки… Но они лишь временно глушили всепоглощающую пустоту внутри меня. И каждое утро я просыпался лишь с одной мыслью: «Снова долбанная серость…»
— Значит, так! Мы должны срочно опровергнуть эту новость! В противном случае, менеджер Германа разорвёт с нами контракт! А этого, ну никак нельзя допустить. От этого зависит дальнейшая жизнь нашего агентства! Слышишь меня⁈
Этот лысый шарик в дорогой рубашке — мой начальник. Эгоист высшего уровня. А ещё — жлоб, лжец и просто отвратительный человек.
— Слышу-слышу. — ответил я. А лучше бы не слышал.
— Значит, так! Завтра, ты к шести тридцати подходишь к отелю «Фор сисонз» и ждёшь нашего клиента.
— К половине седьмого? Но мой рабочий день начинается с одиннадцати…
— А Герману плевать, во сколько начинается твой рабочий день! Если его команда расторгнет с нами контракт — всё! Пиши пропало… Мы останемся без денег на целый месяц.
А чьи это проблемы? Мои, как наёмного сотрудника? Сильно в этом сомневаюсь.
— И что я должен сделать?
— Прийти и рассказать Герману о нашей дальнейшей стратегии! — Владимир Сергеевич положил передо мной жёлтый конверт: — И успокоить. Сказать, что всё будет хорошо! И, что мы обязательно всё исправим. Понял меня?
— Я понял, Владимир Сергеевич… — мое терпение было на пределе. Рабочий день закончился два часа и тринадцать минут назад, а я должен выслушивать причитания этого жирного деспотичного идиота, который уже давно забыл про субординацию.
— Учти, Сань… От твоей работы зависит наша зарплата!
— Да, Владимир Сергеевич…
— Давай. Я в тебя верю, Сашок… Ух ты! — начальник взглянул на настенные часы: — Сань, ты видел, который час? Задерживаешься на работе! Я, конечно, ценю твое рвение, но увы — дисциплина превыше всего. Штрафной минусик тебе за чрезмерную преданность работе. Скачи скорее домой!
— Да, конечно… до встречи, Владимир Сергеевич. — я с облегчением пожал его руку, больше похожую на волдырь от укуса пчелы, и быстро направился к выходу. Если промедлить, то есть не иллюзорный шанс, что этот зажравшийся курдюк нагрузит меня очередной нелепой задачей. К сожалению, такое в нашем агентстве было не редкостью.
Накинув тонкое пальто, я вышел на улицу. Там меня встретил промозглый ветер и неприятная сковывающая прохлада. Питер славился своей непредсказуемой погодой. Особенно — весной. Особенно — в конце марта.
На некоторых каналах всё ещё стоял лёд. А ветер иногда задувал с такой силой, что мог практически мгновенно пробудить в организме ОРВИ.
Поежившись, я направился в сторону остановки.
Так, что же это за чудо-работа мечты? Пиар-агентство «Блеск»… Честно говоря — название звучало максимально забавно.
Среди клиентов данной шарашкиной конторы были, в основном, совсем молодые и ещё «не вспыхнувшие» звёзды, или совсем старые «трухлявые пни», которые давным-давно отгремели, но хотели вновь «погреться» под лучами славы.
В общем, клиентура так себе… С молодыми было тяжко, поскольку они ничего не соображали и очень любили своевольничать. А со старыми — ещё хуже! Те зачастую не хотели принимать стратегию и проверенные пиар-ходы, поскольку всё это казалось им «слишком вульгарным».
В общем, нервяков работа сжирала — будь здоров!
Начальство в лице Владимира Сергеевича и его помощницы, противной рыбки-прилипалы Маргариты Николаевны — было мерзким. Жадные и до безобразия склочные! Их хлебом не корми — дай, кого-нибудь опустить или оскорбить. Причём, было неважно, звезда это или же местный сотрудник.
О, как часто они использовали меня в качестве «жертвы»… И одежда у меня не та. И на вид слишком болезный, да худой. Всё не то, и всё не так.
Конечно, считается крайне стереотипным жаловаться на начальство. Я это понимал. Но моя ситуация действительно заслуживала подобного отношения.
И у любого адекватного человека, при взгляде на меня, возник бы вопрос: «Дружище, а почему ты всё ещё не свалил?»
Эх… Вот это и был тот самый «камень в ботинке». О, как мне хотелось влепить кулаком в обрюзгшую морду Сергееича, а затем высказать Марго всё, что я о ней думаю.
Да только вот, человек — творец своей судьбы.
Так сказать — я допустил приличное количество ошибок на начальном этапе.
