Проснувшись среди ночи и увидев, что товарищи его спят, а Шигуб стоит у руля, он сразу же заподозрил неладное. Вид обступавших Ситиаль утесов подтвердил его опасения: нгайя не долго оставалась бессловесной и безучастной ко всему пассажиркой и не замедлила внести в их планы некоторые изменения. Затевать скандал было бессмысленно, одного взгляда по сторонам хватило, чтобы понять — вернуться в степь не удастся. Но это, как ни странно, не особенно огорчило Эмрика. После встречи с Батигар мысли его все чаще обращались к Гилю, уплывшему, по словам Лагашира, на корабле имперцев в Махаили. Он не сомневался, что туда-то Мгал в конце концов и отправится и путь по Ситиали, если и правда катит она свои бурые воды в Земли Истинно Верующих, окажется ничем не хуже, а, может статься, и лучше других путей. Разумеется, найти в огромной империи Гиля будет непросто, но если мланго всерьез заинтересовались чернокожим целителем и на борту «Кикломора» он оказался не случайно, то искать его следует в Ул-Патаре, и именно так Мгал, надо думать, и поступит.
Размышляя о том, что все складывается не так уж и плохо, Эмрик вновь задремал и окончательно проснулся уже на рассвете. Благодаря отвару, изготовленному Шигуб, о дрожнице ему напоминала только легкая ломота в суставах, и он поспешил сменить простоявшую всю ночь на руле нгайю. Попросив ее прошлым вечером ненадолго подменить его, Эмрик не догадывался, к каким серьезным последствиям это приведет, и почел за лучшее до поры до времени не сообщать никому о том, что плот их давно уже миновал скалу Исполненного Обета.
Кинув последний взгляд на исполинскую каменную арку, скрывшуюся за очередным поворотом реки, Эмрик прислушался к неспешно льющейся речи Батигар, убеждавшей Мисаурэнь, что Махаили находится ближе, чем Бай-Балан, к сокровищнице Маронды и если им удастся отыскать Гиля, то они непременно найдут и Мгала, и подумал, что Дорога Дорог вовсе не обязательно должна походить на широкий проезжий тракт, и когда она порой приобретает вид нехоженой, заросшей бурьяном тропы, это еще не означает, что идущие по ней заплутали или сбились с верного пути.
Он посмотрел на Шигуб, одиноко сидящую на противоположном конце плота, и улыбнулся. В отличие от остальных его спутников, она еще не догадывалась, что тоже ступила на Дорогу Дорог. И любовь, выведшая ее на этот путь, и милосердие, проявленное девушкой к тем, кого считала она своими недругами, говорили о том, что первое испытание пройдено ею успешно. Ибо как Дорога перекраивает людей, так и люди переиначивают Дорогу, и, раз поступив против совести, освободитель становится угнетателем, лекарь — отравителем. А если так, то Дорога Дорог легче всякой другой может превратиться в дорогу жестокости, предательства и убийства, и прокляты будут тогда идущие по ней детьми, внуками и правнуками своими. Да уберегут боги всех пребывающих в пути от подобной участи!
Азани заворочался в глубоком роскошном кресле и осторожно принялся массировать отчаянно болевший затылок. Он провел беспокойный вечер, бессонную ночь и отвратительное утро. Больше всего ему хотелось сорвать на ком-нибудь переполнявшую его злобу, но отлично вымуштрованные слуги не давали к тому ни малейшего повода. Всем им была известна причина скверного расположения духа молодого господина, однако на цыпочках они ходили не столько страшась хозяйской немилости, сколько сочувствуя поразившему его несчастью. Ибо двадцатишестилетний фор был гневлив, да отходчив, а Марикаль обитатели дома Храфетов любили вполне искренне. Младшая сестра фора редко повышала голос, хотя умела настоять на своем, была на редкость разумна, рассудительна и помимо доброго нрава обладала привлекательной внешностью — сочетание качеств, по общему мнению, не частое, особенно если речь шла о госпоже из высокородных.
