— Прости, пожалуйста! Я дала себе слово, что больше не заговорю с тобой! Но…, кроме тебя, у меня здесь никого ближе нет.
Тим осторожно присел рядом, взял ее маленькую горячую ладошку, и предложил:
— Пойдем в сад? Душно здесь как-то.
Но Девушка промолчала, а затем, высвободив руку и решительно стерев слезы, неожиданно сухо произнесла:
— Прости! Я, наверное, зря сюда пришла! И мама уже ищет меня по всему дому. Если она узнает…, ей это очень не понравиться.
Тим, ошарашенный таким поворотом, молча смотрел на Аниту. А только что рыдавшая на его груди девушка, не сказав больше ни слова, лишь на один краткий миг, задержавшись посреди комнаты, вышла.
Хлопнула дверь, простучали каблучки, послышались приглушенные голоса, и все стихло. Тим словно закаменел. Что-то оборвалось внутри с ее уходом. Он захотел тут же, уехать из этого странного дома. Он уже начал было собирать вещи, когда дверь открылась, и в комнату вошла сеньора Тади Лакос. Хозяйка замка, внимательно осмотрев помещение, и особенно кровать, натянуто улыбнулась:
— Простите великодушно! Анита куда-то сбежала. Мои помощницы ищут ее повсюду, а я подумала, может вы знаете, где она!
Тим, сжав губы, молча смотрел на эту женщину, которая ради каких-то своих амбиций, готова была пожертвовать чем угодно, даже счастьем единственной дочери, и едва сдерживал рвущиеся наружу ругательства.
— Еще раз прошу прощения! — так и не дождавшись ответа, произнесла хозяйка, и тихо притворила за собой дверь.
А на следующий день, рано утром, за ним пришли, точнее приехали.
Если бы все происходило в другой стране, в другом доме, возможно Тима взяли бы прямо в постели, тепленьким, не способным к какому-либо сопротивлению. Но фамилия — Лакос, была слишком хорошо известна в Испании, чтобы агенты специальных служб, могли безнаказанно врываться в фамильный замок, и устраивать там свои разборки.
Два черных автомобиля, были остановлены охраной еще на подъезде к воротам. На агентов уставилось сразу три крупнокалиберных пулемета. Им приказали выйти с поднятыми руками и ложиться на асфальт. Глава присланной группы, попытался было качать права, но появившаяся в лобовом стекле дырка от пули, выпущенной из тяжелой снайперской винтовки, очень наглядно продемонстрировала, кто тут диктует правила. Прибывших на захват опасного преступника агентов разоружили, и сковав, отправили в подвал. А того самого — беспокойного гражданина, привели к местному начальству.
Глава охраны, был старым, повидавшим многое в жизни воякой, у которого были свои счеты с федералами. Выслушав претензии, грозившего всеми карами, агента, он сильно призадумался.
Данной группе было приказано доставить в местное отделение службы безопасности короны, некоего Тима Уокера, который, по их сведениям, находится сейчас в имении сеньоры Лакос. Случай был необычный, и решив не пороть горячку, он отправился к хозяйке.
Тади Лакос, выслушала начальника охраны, сделала несколько телефонных звонков, после чего, усевшись в свое роскошное кресло, в задумчивости взглянула на подчиненного: — Андре, все очень серьезно. Не знаю, кто на самом деле этот молодой человек, и что он натворил, однако позволить этим псам, забрать его, я не могу! Он трижды спасал Аниту! И за все время их странствий, заботился о ней. Ты знаешь, что она для меня значит? Отдавать парня в лапы этих головорезов нельзя.
— У нас не больше часа. — Поняв намерения хозяйки, предупредил начальник охраны. — Следующая группа будет гораздо многочисленнее. Может мы и отобьемся, да только, что дальше?
Сеньора Лакос, прекрасно понимала возможности имперской службы безопасности. Ссориться с ними было себе дороже, но сейчас шла речь о ее малышке. Точнее, уже совсем взрослой девушке, которая, (обмануть опытный взгляд трудно), по уши влюблена в этого парня. Что там между ними произошло, неясно, но к счастью, парень этот, явно не собирался становиться ее зятем. Однако, если он задержится тут еще на какое-то время, может случиться непоправимое. Дочь, такая горячая, и такая же наивная, как ее отец, обязательно сорвется, и натворит глупостей.
«Все складывается, как — нельзя — лучше!» — Улыбнулась женщина. Решение принято, теперь дело за малым — убедить Аниту. Ну а даром убеждения, она всегда владела безупречно.
Анита, разбуженная матерью, какое-то время не понимала, что та ей пытается втолковать, а когда, наконец, до нее дошла суть сказанного, упала перед обомлевшей матерью на колени:
— Мама! Пожалуйста! Не отдавай его! Он ни сделал ничего плохого! Я знаю! Не верь им!
Тади Лакос, обняла дочь, и тихо проговорила:
— Милая, я тебя прекрасно понимаю. Но имперская служба — это не полицейский участок. Там взяток не берут.
— Неужели ты не можешь ничего сделать? — подняла Анита мокрые глаза, — Я обязана ему жизнью! И главное…, мама, я себе этого никогда не прощу!
— Единственное, что мы можем для него сделать, — изобразив раздумье, сказала женщина, — Это помочь ему покинуть страну.
— Нет! Этого нельзя делать! — прижав руки к груди, воскликнула Анита.
