Потом, пришлось с полчаса орудовать одежной щеткой, чтобы привести пальто в надлежащий вид. Она выстирала вещи, прибралась в запыленной прихожей, и неожиданно почувствовала сильный голод. С вечера оставалось немного каши. Поставив сковороду на примус, девочка все-таки не удержалась, и пока разогревался скромный обед, принялась разглядывать металлическую коробку. Та походила на книгу. Плоская, размером с ее рисовальный альбом. Верхняя крышка, на которой были выгравированы непонятные знаки, прилегала очень плотно. Не видно было даже малейшей щели.
Девочка принялась разглядывать матово поблескивающую в солнечных лучах коробку. И странное дело, запорный механизм казалось, вообще тут отсутствовал. Но приглядевшись, совсем не там, где предполагала, она обнаружила дырочку с миллиметр в диаметре. Лера достала из стола швейные принадлежности, выбрала самую крепкую иглу, и ткнула ею в углубление. Что-то щелкнуло, затем, крышка плавно приподнялась.
«Ага, — довольно пробормотала девочка, — Вот значит, как ты открываешься».
Из бабушкиного послания она знала: в тайнике находится некий предмет, который почему-то назывался — «транслятор». Однако она никак не могла предположить, что это обычный обруч. Лера вытащила из пластиковых креплений этот такой простой на вид предмет, и разочаровано принялась его разглядывать.
Обруч представлял собой не замкнутую окружность из какого-то белого металла, с небольшим тускло-синим камнем в центре. На внутренней стороне, находилось непонятное окошко. Стеклянный прямоугольник в несколько сантиметров блеснул на солнце, показалось, что там мелькнули какие-то буквы, но в следующую минуту, из кухни донесся отвратительный запах сгоревшей каши, и Лера, оставив обруч на столе, поспешила к забытому примусу.
На кухне было темно от дыма. Девочка закашлялась, открыла форточку, и принялась тряпкой разгонять сизый туман. Он заигрывал, кружил рваными полосами, никак не желая выползать на улицу. Только когда Лера, видя тщетность подобных усилий, настежь распахнула окно, лениво перевалился через подоконник, и поплыл к редким облакам. Обед сгорел, так что, пришлось заняться готовкой. Провозилась она долго. Готовить на примусе было не очень удобно, однако это было далеко не самой большой проблемой. Наступали тяжелые времена. Выяснилось, что продукты на исходе. Осталось несколько упаковок сухих смесей, да одна банка свиной тушенки. Как-то уж больно незаметно разлетелась ее компенсация. Большую часть, Лера раздала еще в первые дни после тех событий, Остальное же растягивала, как могла. И вот сейчас, с удивлением поняла, что картонный ящик под столом, опустел. Завтра нужно отправляться в магазин. Девочка вспомнила тот жалкий кусочек хлеба, который там выдавался детям, и к сердцу накатил липкий страх. Лера прекрасно понимала: на таких харчах долго не протянешь.
С этими тревожными мыслями она неспешно пообедала, выпив, как обычно кружку горячего травяного чаю. Перемыла посуду, вычистила от нагара многострадальную сковороду, и лишь затем вернулась в комнату.
За окном по-прежнему ярко светило солнце. По-весеннему жаркие лучи падали на стол, где стояла раскрытая коробка, а рядом, поблескивая серебристым металлом, лежал таинственный обруч. Лера присела на стул, и подперев голову руками, задумалась: «Ничего путного из отцовской затеи не выйдет. Вторая часть кода находится за океаном, а если учесть нынешнее положение дел, при котором даже поездка в соседний Обнинск, невероятно рискованное предприятие, такая далекая, сказочная Америка, теперь то же, что другая планета. Вряд ли бабушка предполагала, что я смогу в одиночку найти семью Уокеров. Скорее всего, им тоже приходится сейчас скрываться, и тогда…, каким образом такое вообще возможно? Нет, это безнадежная затея. — И тут ей пришла в голову очередная странная мысль: — А что если Уокеры сами нас ищут? Впрочем, глупости все это. Любого из них, тут же схватят, и как шпиона по законам военного времени… Ведь эти американцы, они же совсем другие. В школе, помнится, столько раз говорили об их особой культуре, отношение к жизни и прочем. Так что, любой, даже самый глупый солдат, легко отличит американца от русского. Значит, все напрасно? Неужели я сегодня зря столько натерпелась? Лишь для того, чтобы в итоге, прийти к такому, в общем-то, очевидному выводу?»
Лера нехотя взяла в руки обруч, собираясь запереть его обратно в металлическую коробку, и тут, в том самом стеклянном окошке, увидела два ряда красивых букв древнего алфавита: «Зарядка 93 % Идет поиск базовых станций».
Девочка удивленно прочла эти незнакомые, вязнувшие на языке слова, а повернув обруч, увидела, что непонятный синий камень, преобразился. Из тусклой, невзрачной стекляшки, тот превратился в сверкающую драгоценность. Она загородила свет ладонью, и залюбовалась. В таинственной глубине мерцали странные золотые искорки.
