— Не знаю, кажется лучше. — еле ворочая непослушным языком проговорил юноша. Он глядел в широко распахнутые блестящие глаза своей новой знакомой, и видел, что эта малышка по-настоящему беспокоится о нем. — Прости, пожалуйста! Я причиняю тебе одни неудобства.
Его снова качнуло. Стоявшая рядом девочка, поспешно ухватила своего гостя за руку:
— Пойдем, тебе нужно лечь! Рано тебе еще вставать!
Тим позволил себя уложить, и устало прикрыв глаза, пробормотал:
— Я чуть-чуть полежу, только ты не плач, ладно?
Лера глядела на этого парня, а по щекам, вопреки ее стараниям, снова катились слезы.
Последние недели, ее не покидало дикое ощущение, что рядом умирает единственный на земле, по-настоящему близкий человек. Этот замечательный парень в первый же день знакомства, стал ей почти родным. Когда тем утром, он упал без чувств посреди комнаты, Лера страшно перепугалась.
Она принялась хлопотать вокруг, пытаясь привести его в сознание, но все было напрасно. Тогда Лера позвала тетю Варю, и они с превеликим трудом уложили парня на диван. Он весь горел, дыхание было прерывистое, в груди слышались странные хрипы. Соседка покачала головой, и сходив к себе, принесла большую сумку с лечебными травами. Лера знала: больницы в городе давно не работают. Их переоборудовали в военные госпитали, и сейчас туда свозили раненных со всех фронтов. Гражданских, за исключением особо важных лиц, никто лечить не собирался. Не до того сейчас. Потому, в случае болезни, приходилось рассчитывать только на себя. Глотать лечебные настойки, да молить Бога о помощи.
Тетя Варя, доставая из своей сумки бутылку с уксусом, приказала вскипятить воды, и заготовить тряпок на холодные компрессы.
— Плохо дело, — пробормотала старушка, когда им удалось кое-как влить в рот парню густой отвар, — Не нравятся мне хрипы эти. Воспаление у него. А я еще таких не выхаживала.
Услышав это, Лера заплакала. В городе с подобным диагнозом умирали ежедневно. Нужен был врач, или на худой конец, хорошие лекарства. Но и то и другое, найти сегодня, практически невозможно. И тогда Лера взмолилась:
— Тетечка Варечка, сделайте что-нибудь, пожалуйста! Вы же всех знаете! Вы же все можете! Ну, пожалуйста! Ему нельзя умирать!
— Не шуми! — задумчиво пробормотала соседка, — Парня жаль. Молодой совсем, красивый. Почти, как Митька мой. Нужно спасать.
— Он же к нам через полмира добирался. — не в силах остановить слезы повторяла девочка, — Через полмира…, а тут…, сделайте что-нибудь! Пожалуйста!
Старушка снова покачала головой, и накинув пальто сказала:
— Пойду, может уболтаю Антипыча. Поговаривают, у него знакомый есть в первой городской. Только вот, ты ему о том, что гость твой оттуда…, ни- ни! Поняла? Не любит он этих…, воевал в первую империалистическую, в плену побывал. Мучали наших там сильно, так до сих пор забыть не может.
Поздно вечером, зашел какой-то старичок. Они с соседкой осмотрели самую дорогую вещь в квартире — купленный бабушкой еще до войны радиоприемник, и о чем-то пошептавшись, потащили его к выходу.
Для того, чтобы достать лекарства, нужны были деньги. Тетя Варя сразу предупредила, что сумма это для нее слишком большая, но, если продать что-нибудь из мебели или, к примеру, этот самый приемник, можно попытаться найти сговорчивого доктора в одном из госпиталей.
Тим, к тому времени уже начал бредить. Лера не отходила от него ни на минуту. Меняла холодные компрессы, несколько раз, когда тот приходил в себя, поила пахучим отваром. Сердце ее заходилось в дикой тревоге. Парню явно становилось хуже. Его лихорадило, из груди вырывалось хриплое дыхание, от тела шел сильный жар. Она понимала, если к утру не удастся достать лекарств, ее заморский гость обречен.
Лера просидела возле больного всю ночь, а когда за окном забрезжил рассвет, в квартиру, сжимая в руках большой сверток, вошла тетя Варя.
Тима выхаживали долго. Почти две недели, они поили его принесенными соседкой порошками. Кормили с ложечки наваристым бульоном. Девочка с замиранием сердца следила за состоянием парня, и видя, как молодой организм борется за жизнь, тихо молилась.
Давно, когда ей было лет пять, бабушка объяснила, что весь мир вокруг, и Оленька, и мама с папой, и она сама, все создано Богом. — «Создатель очень любит нас, — говорила бабушка, — Он добрый, и может выполнить любую твою просьбу». Тут же последовали обычные вопросы: а где он? А можно я посмотрю на него? А откуда он появился? Бабушка, улыбаясь, как могла просто отвечала, а через несколько дней спросила: — Хочешь поговорить с Богом?
Малышка Лера, услышав, что ее сейчас отведут к всемогущему Создателю, восхищенно замерла, и тогда бабушка научила ее молиться.
— Для того, чтобы Он тебя услышал, ты должна быть умницей! — вещала бабушка, — И когда говоришь с ним, представь, что перед тобой стоит твой папа.
— Но как? Мой папа тоже Бог?
— Нет, милая, он обычный человек, но Бог любит тебя так же, как папа.
