- Одну вывеску.
- Шутишь! Никто не отвалит тридцать штук за обычную вывеску. Ее что, с Рейхстага снимать?
Аксель с загадочным видом поцокал языком.
- Но территория охраняется? уточнил Тим, стараясь уяснить хоть что-то.
- А то как же, - ухмыльнулся Миро. Иначе бы все это стоило намного дешевле.
- Ок, я в деле!
Тим важно кивнул, и Аксель едва успел спрятать улыбку. Еще бы ты не в деле
Вольфи пожал плечами раз брат согласен, то и он тоже.
- Все, решено, - подвел итог Аксель. С Миро машина, с вас инструменты, фонарики, все как обычно. Да, и лестницу сборную прихватите, нам через забор лезть, а я не знаю пока, что там и как. Миро подхватит меня, потом заедем за вами. В час. К двум будем на месте. Плазморез я возьму.
Миро застонал:
- Куда, еще и плазморез тащить!
- А ты собрался ее пилкой выпиливать? Надо еще раз в сети глянуть, понять, как лучше ее вынуть.
- Она и в сети есть? Знаменитая надпись, да? не успокаивался Тим.
- В сети что угодно есть. Тебе главное помнить, что она самая дорогая, - Миро похлопал его по плечу. - И вообще, кажется, самое дорогое из того, что мы свинтили.
- Еще не свинтили, - Аксель легко соскользнул с парапета и отряхнул шта-ны. - Ладно, до вечера.
Следом Аксель заскочил в магазин строительных товаров. Сегодня была не его смена. Элиза, как и всегда, сидела за кассой. Увидев Акселя, она кивнула ему на подсобку, давая понять, что сейчас освободится. Он прошел за стойки с товарами, минуя стеллаж с изолентой и мотками веревок, и задержался на по-роге подсобки, глядя, как Элиза встает со своего рабочего места. Беременность, хоть и была не очень пока заметна, уже сделала ее неуклюжей, но Аксель все равно почувствовал, как в груди у него тает и растекается внутри что-то теплое.
Подойдя к Акселю, Элиза подтолкнула его в комнату и чмокнула в губы, только когда дверь за нею хлопнула в косяк.
Ты как? кивнул он на ее живот.
Элиза достала из шкафчика пачку соленых крекеров и беззаботно отозвалась: - Бывало и лучше. Но бывало и хуже. Пойдем вечером в кино? Катарина звала.
- Нет.
- Знаю, знаю, денег нет, - Элиза закатила глаза и принялась с ожесточением хрустеть крекером. Несколько крошек упало на ее зеленую форму.
- Нет-нет, с этим как раз все в порядке! Аксель улыбнулся. - Деньги скоро будут. Поэтому и не могу сегодня, надо подготовиться к...
Девушка перестала жевать и сощурилась, глядя на Акселя с подозрением. Потом сложила руки на груди, сразу отстраняясь и становясь чужой.
- Опять? Аксель, ты же обещал.
- Элиза
- Ты обещал мне. Нам. Что ты с этим завяжешь.
- Элиза, это большие деньги.
- Мне наплевать, какие они! Тебя поймают. Однажды ты просто не вернешь-ся. А я останусь одна. Если ты хочешь меня бросить, то уж лучше сделай это, как все! Просто уйди. Тогда я буду знать, что все дело во мне. Я не хочу больше так жить, все время думая, что с тобой что-то случится
- Да с чего ты решила Элиза, - с мученическим видом протянул Аксель. Опять эта женская истерика Вечно девушки все драматизируют.
Она ждала от него ответа. Он знал, что сейчас нужно кивнуть, пообещать, что он останется дома, и все тут же станет хорошо. Она улыбнется, недоверчиво, но уже успокаиваясь, и даже позволит себя обнять, и можно будет зарыться носом ее рыжеватые волосы и почувствовать, что они пахнут яблочным шампунем. Но он продолжал стоять. Тогда Элиза кивнула, поставила пакет крекеров обратно и вышла. Когда Аксель протиснулся мимо кассы, она даже не подняла на него глаз.
Вечером Аксель почитал в интернете об их ночном «объекте». Кажется, в школе его класс ездил туда на экскурсию, но Аксель в это время болел. Теперь он пролистывал рассказы о всяких ужасах, творившихся в лагере давным-дав-но, и искал только то, что могло бы пригодиться сегодня ночью. Информацию об устройстве музея, карту мемориала, заметки об открытии и реконструкциях, о возможной охране. Было много фотографий, но черно-белые, с изображением изможденных узников, он пролистывал, не увеличивая. Кому нужна история, его сейчас волновала только современность.
Он слышал, как пришла Элиза, слышал ее шаги в кухне и звяканье ключа, повешенного в ключницу. Поздно. Наверное, все-таки ходила с Катариной в кино. Аксель ждал, что она зайдет в комнату, но так и не дождался, услышав только звук воды в ванной и скрип кровати, когда Элиза легла. Ладно, ничего, простит. Особенно когда поймет, что все это Аксель делает и для нее с ребенком тоже. На зарплату консультанта в строительном много себе не позволишь, его маленькие ночные приключения очень помогают. А увесистая сумма за вывеску, которую они добудут сегодня ночью, придется как нельзя кстати к появлению маленького. Аксель рассчитал время так, чтобы оказаться на месте в начале третьего. С трех до четырех часов ночи самый глухой и темный час суток. Когда-то он прочел, что в это время больше всего людей умирает, и рождается тоже, и тех пор любил этот час больше других. Словно на земле наступало недолгое затишье, когда никто не помешает, и ночь надежно хранит тайны всех, кто ей доверится. Аксель доверял.
