— М-да, мальчик… — директор облокотился на край стола. — Знаю, тебе это не понравится… — синие глаза без очков казались немного растерянными и смотрели устало. — Да, профессор Снейп твой дядя. Он брат Джеймса Поттера по отцу… В жизни нередко случаются чертовски странные вещи.
Гарри никогда не думал, что несколько слов, сказанных тихим голосом, могут оглушить, словно удар грома. Внутри всё перевернулось. Опустив голову, он сидел в кресле и молчал, пытаясь заставить себя понять услышанное. Это казалось огромной ошибкой, этого просто не могло быть. Директор, наверное, имел ввиду нечто другое, а Гарри просто расслышал не так…
— Рассказчик из тебя никакой! — горько констатировал сэр Каниннгэм с портрета. — Тут одно вступление могло занять полчаса: жили-были… или вот так: давным-давно в одной далёкой-далёкой… Нет! Это другая история! Но всё равно — надо было подготовить собеседника… — портрет поспешно умолк, заметив, как многозначительно старый маг погладил волшебную палочку кончиками пальцев.
— Сэр, я… Вы действительно… — Гарри боролся с непослушным голосом, казалось, он забыл, как выговариваются слова, — …Это же… Как это могло случиться?
— Настаиваешь на подробностях? — директор нахмурился и покосился на дверь. — Зачем они тебе, мальчик?! Какая тебе разница из-за чего да почему всё произошло… Живи сегодняшним днём! Пусть всё остаётся, как есть — не суйся в это давно забытое дело…
— Нет! Я должен знать! Никто никогда не упоминал о моей семье, словно кроме родителей у меня не было других родственников — и вдруг неожиданно открывается это… Прошу вас, сэр! Расскажите всё, что знаете — мне это безмерно важно, — старый волшебник заглянул в зелёные глаза, злые, тревожные, умоляющие… тяжело вздохнул:
— Хорошо… хотя кое-кто будет очень недоволен! Он ведь всегда настаивал на строжайшей тайне… Однако должно же тайное становится явным хоть когда-нибудь! Слушай, мальчик, и не жалей потом, что настоял на рассказе, — директор откинулся на спинку кресла и метко кинул перо в зависшую над столом чернильницу. — У меня есть братец… Вредный тип! Мы с ним постоянно ссоримся — он ни капельки не понимает меня — считает себя старше и умнее… И всё из-за того, что родился на пять минут раньше! Хотя, стоп! Речь не об этом…
— Ваш брат? У вас есть брат? — растерянно переспросил Гарри, смутно припоминая слышанные когда-то упоминания о брате Дамблдора.
— Есть, к несчастью… Так вот у брата имелась внучка по имени Вероника — этакая легкомысленная барышня. Её взбалмошность не знала границ, а весёлый и лёгкий нрав позволял очаровательно выпутываться из любых историй… Она всегда порхала, как птичка, и быстро забывала даже самые большие беды… Родители девушки погибли в одной из битв с Гриндевальдом, — у неё остался только дед — очень уважаемый маг, который не чаял в ней души, баловал и решал за неё все проблемы. Школу Вероника закончила в Шотландии, где раньше жила её семья. А вот найти подходящую работу никак не удавалось — как дед не старался!
— Да уж! — не выдержал портрет рыцаря. — Эта вертихвостка ни на одном месте не удерживалась больше пары месяцев. Ей то карьеру подавай, то балы и светские рауты! Поклонников завела толпу и принялась швырять деньги на ветер… А дед всё прощал…
— Это точно… Братец закрывал глаза на её выходки… Но ведь время тогда было такое… особенное, что ли — страшная война давно ушла в прошлое, хоть память о ней была ещё свежа, — людям хотелось радости…
— Вот она и порадовала старика! — сэр Каниннгэм возмущённо встопорщил усы, рыжей всколоченной щёткой проглядывающие сквозь прорези шлема.
— И не говори… Однажды она пришла к своему деду и заявила, что по уши влюбилась в Эрика Поттера, — Гарри вздрогнул и поднял глаза на рассказчика. — А раз она влюбилась — должно было последовать немедленное исполнение всех её желаний! Твой дед, мальчик, был этакой школьной достопримечательностью — пока он учился, в Хогвартсе даже перестали выбирать Парня месяца — женская половина проявляла завидное постоянство…
— И ничего удивительного! — встряла в разговор пожилая дородная дама в огромном бархатном берете, изображённая на картине, висевшей в простенке между книжными шкафами. — Синеглазый красавец, с чёрными кудрями до плеч, галантный, изящный, — Эрик Поттер всегда был неотразим! Вылитый Ланселот Озёрный!
— О! Мисс Алиса, вас хлебом ни корми — дай только поговорить о делах сердечных! А ваша страсть к рыцарям Круглого стола, уже не одно десятилетие забавляет Хогвартс! Хотя бы сейчас не надо приплетать подобную ерунду! — отмахнулся директор. — Поттеры всегда умудрялись быть на виду… и при этом хранить трогательную старомодность… Твой дед, надо отдать ему должное, никогда не злоупотреблял вниманием противоположного пола, оказавшись, как ни странно, однолюбом.
