Может, и ее отравление не было случайным. Волдеморту ведь все известно… или все же нет — Малфой просто мстил? Их уже трое — точно и безоговорочно, хочется верить, что Рон не будет одним из них, пока нет точного доказательства. Гарри тряхнул головой и побежал в Больничное крыло. Мадам Помфри удивленно посмотрела на школьника, но все же его пустила. Гермиона тихо спала. Юноша сел рядом на стул и стал безотрывно смотреть ей в лицо, надеясь, что сможет взглядом заставить ее проснуться. Но девушка была неподвижна, плотно закрытые глаза, бледное лицо, практически бесцветные губы. Гарри наклонился и нежно коснулся их: "Какие холодные!" — с ужасом подумал он. Сжав руку Гермионы, он стал ждать, надеясь, что она очнется.
Скоро первые лучи солнца стали пробиваться сквозь запыленные окна лазарета, освещая просыпающиеся портреты на стенах. Гарри на мгновение показалось, что он заснул, потому что для него совершенно неожиданно прозвучал голос рядом.
— Гарри…
— Герми! — юноша подпрыгнул от неожиданности. — Ты… ты… как ты?
— Главное, что вижу тебя, — прошептала она непослушным голосом.
— Тебе тяжело говорить? — он заботливо коснулся рукой ее щеки.
— Немного дышать тяжело, — Гермиона попыталась повернуться, но у нее хватило сил только чуть склонить голову. — Но ты рядом и все хорошо.
— Любовь моя, мы нашли противоядие… — глаза девушки расширились. — Но я точно не могу сказать, поможет ли оно, потому что мне это приснилось… Мне дал его тот человек, что снится мне каждую ночь… Это Годрик Гриффиндор…
— Гарри, — ее рука осторожно коснулась его щеки. — Это зелье поможет, я уверена, Годрик не обманул бы тебя.
— Но мы не сможем достать один ингредиент, — обреченно прошептал юноша.
— Какой?
— Кровь единорога, причем взрослого и отдана она должна быть добровольно. Это проблема.
— Гарри, я постараюсь связаться с единорожком, и может мне удастся чем-то помочь…
— Но как?
— Я их чувствую, редко, но бывает. И сейчас, когда мне тяжело, я ощущала их жалость — странной теплой волной.
— Это может привести к потере сил, ведь все не просто, — воскликнул юноша.
— Я попробую, думаю, мне должно хватит последних сил…
— Нет, Герми…
— Но я должна… — запротестовала девушка. — Как хочется спать…
— Гермиона…
Но девушка закрыла глаза и опустила голову на подушку. Гарри не знал, что можно сделать. Неужели единороги смогут почувствовать, что их покровительнице плохо и придут? Это просто невероятно. Так мало времени, а они еще ничего толком не сделали. Юноша встал и, встряхнув головой, направился в подземелья. Он должен помогать профессору готовить противоядие.
Гарри Поттер замер на одном из этажей и посмотрел в окно. Снежинки тихо кружили и падали, они жили не долго… если, вообще, считались живыми… — холодные… белые… не вечные… В белой пелене вдруг проступило ее такое же бледное лицо… Юный волшебник судорожно вцепился в подоконник и сдержал рвущийся стон. Он боялся, что она уйдет туда… далеко… в белые и вечно холодные пустыни… это пушистые снежинки заберут ее с собой навсегда. А мир за окном был, словно мертвый. Деревья уснули под покровом снега, — земля… трава… цветы… — под белой безжизненной пеленой… Тишина и безмолвие режут уши…
"Не забирайте ее… — пробормотал осипшим голосом юноша. — Не смейте ее забирать с собой… она еще вам не принадлежит…"
Работа в лаборатории Зелий шла своим чередом. Гарри старательно растирал различные коренья, травы. Снейп корпел над зельем, добавляя туда необходимые ингредиенты с точностью до миллиграмма. Когда выдавалась свободная минутка, юноша, не отрываясь, смотрел на профессора и все больше убеждался, что этот человек уникален. Юный волшебник видел его на уроке в роли профессора: строгого, умеющего скрывать свои эмоции. Сейчас, когда он готовит такое важное зелье, его лицо и движения настолько отработаны и сосредоточенны, что кажется, будто он превратился в робота, у которого нет эмоций. На уроках он всегда учил их, что готовить зелье нужно как можно более не эмоционально. Нужно забыть даже тот факт, что это зелье может спасти мир, иначе эмоции могут все испортить. "Неужели он готовил зелья своему сыну с такой же сосредоточенностью?! — подумал Гарри. — Какая сила воли!" И тогда Гриффиндорец, сам того не осознавая, проникся уважением к тонкому искусству зельеварения. Сейчас он не мог даже подозревать, что скоро, совсем скоро, он будет таскать редкие книги из библиотеки и тайно варить различного рода зелья. Снейп, похоже, заметил отрешенный взгляд юноши и сразу спросил:
— Что-то случилось?
— Нет, профессор, — покачал головой Гарри.
— У вас чрезвычайно усталый вид, даже мое сонное зелье вам не помогло…
— Зелье, какое зелье? — удивленно захлопал глазами Поттер.
— Разве вам моя дочь не приносила сонное и Силы-восстанавливающее зелья? — алхимик, приподняв брови, удивленно посмотрел на юношу.
— Нет, — покачал головой студент. — Они принесли мне немного еды и… — до Гарри, наконец, дошло, почему он так резко захотел спать, после того как выпил сок. — Так в соке было сонное зелье.
