— Истинная правда! Меня всегда восхищали женщины, твердо знающие, чего хотят, да и вообще, мне нравится ваша напористость. Моя мама возглавляет лабораторию в Банкстоне. Я хорошо понимаю, как тяжело руководить даже такой маленькой организацией, а ведь вам приходится рулить целой страной. Но вы прекрасно справляетесь. Мне нравится все, что вы делаете. Я просто хочу, чтобы вы знали.
— Спасибо, Холден, — сказала я.
Он кивнул, а я пошла прочь в глубокой задумчивости.
Этот случай в очередной раз подтвердил то, в чем я и так не сомневалась: если я буду слишком обходительной и любезной, меня никто не воспримет всерьез. И вообще, если бы я гладила парней по головке и нежно их обнимала, стал бы Холден так страстно мной восхищаться? Все дело в том...
— Ой! — Неожиданно я в кого-то врезалась и непременно шлепнулась бы на траву, если бы меня вовремя не подхватила пара сильных мужских рук.
— Ваше высочество. — Хейл помог мне встать на ноги. — Простите. Я вас не заметил.
Услышав неподалеку щелчок камеры, я срочно растянула губы в приветливой улыбке.
— Смейтесь, — процедила я сквозь стиснутые зубы.
— А?
— Помогите мне подняться и весело улыбнитесь. — Я заливисто рассмеялась, а Хейл после небольшой паузы пару раз мне подхихикнул.
— Ну и что это было? — Он по-прежнему продолжал улыбаться.
Я одернула платье и объяснила:
— Мы сейчас под прицелом у целой съемочной бригады.
Он принялся крутить головой.
— Не смейте! — одернула я Хейла, и он тут же повернулся ко мне:
— Ух ты! Вы что, всегда начеку?
На сей раз мой смех был вполне искренним.
— В основном да.
Его улыбка сразу увяла.
— Вот, значит, почему вы так стремительно убежали прошлым вечером?
Я сделала скорбное лицо:
— Простите. Я неважно себя чувствовала.
— Ага. Сперва убегаете, а потом пудрите мне мозги, — сокрушенно покачал он головой.
— Нет.
— Идлин, — прошептал он. — Поймите, мне ведь тоже пришлось очень нелегко. Не слишком приятно говорить о смерти отца, о денежных затруднениях матери, которой даже пришлось устроиться на работу, о потере статуса. Подобными вещами трудно делиться. Но когда мы заговорили о вас, вы тотчас же меня покинули.
И в этот момент у меня снова возникло странное, необъяснимое, острое чувство незащищенности.
— Хейл, примите мои искренние извинения.
Он внимательно вгляделся в мое лицо.
— Я не слишком верю в вашу искренность, — произнес он, и я нервно сглотнула. — Но вы мне все равно нравитесь. Так что, когда будете готовы к разговору — настоящему разговору, — я к вашим услугам. Если вы, конечно, недрогнувшей рукой не прогоните меня прочь, как тех бедолаг.
— Не думаю, что такой масштабный отсев повторится еще раз, — звонко, но не слишком искренне рассмеялась я.
— Будем надеяться. — Хейл окинул меня пристальным взглядом, казалось проникавшим в самые потаенные уголки моей души. — Рад, что вам удалось не испачкать платье. Хорошее платье, было бы жаль.
Он повернулся, чтобы уйти, но я схватила его за рукав:
— Эй! Спасибо вам. За сдержанность во время интервью для «Вестей».
— Удивлять каждый день. Надеюсь, вы не забыли? — ухмыльнулся он.
— Прекрасно, ваше высочество, все готово.
Девушка-визажист в последний раз проверила мой макияж, а я выпрямилась, перебирая в уме имена. Я кивнула, огонек кинокамеры загорелся красным, съемка началась.
— Вы уже видели шикарный прием с чаепитием и умопомрачительными туалетами, а также слышали об изысканной еде. Ну и кого, по вашему мнению, следует отсеять? Да, сэр Кайл, конечно, смотрелся не слишком мужественно в моей тиаре, а сэр Хейл свалил меня с ног... в прямом смысле слова, — добавила я с широкой ухмылкой, — но двое Избранных, которые, увы, должны покинуть нас сегодня, — это Кесли Тимбер из Уайтса и Холден Мессинджер из Банкстона. Ну и как, надеюсь, вам еще не наскучило сидеть у телевизоров? Небось умираете узнать побольше об оставшихся претендентах? Изголодались по новостям об Отборе? Тогда настраивайте телевизоры каждую пятницу на «Вести столицы», и вы получите свежий отчет об Отборе от меня лично и участвующих в нем джентльменов. Ну и конечно, не пропустите посвященные Отбору эксклюзивные программы на Общественном канале. — Я еще на несколько секунд задержала улыбку.
— Снято! — крикнул режиссер. — Отлично. По-моему, все идеально, но давайте для надежности сделаем еще один дубль.
— Конечно. И когда это выйдет в эфир?
— Мы смонтируем материал о сегодняшнем приеме в саду, а в понедельник это пойдет в эфир.
— Здорово, — кивнула я. — Ну что, повторим?
— Да, ваше высочество. Если не возражаете.
Я прочистила горло и, мысленно повторив свою речь, приняла прежнюю позу.
В десять минут десятого я услышала стук в дверь и побежала открывать. Кайл стоял, прислонившись к дверному косяку, в руках у него была моя тиара.
— Насколько мне известно, принцесса, кажется, что-то искала, — шутливо сказал он.
— Ладно, входи давай, неудачник.
Он вошел в мою комнату, озираясь по сторонам, словно за сутки я успела полностью изменить дизайн:
— Ну так что, меня отсеивают или нет?
