Приятно, что кто-то здесь способен искренне переживать за меня. Шейна сопровождал генерал Эрик Дайс. Человек, которому подчинялась не только охрана дворца, но и весь столичный гарнизон. Еще вчера я назвала бы его прекрасным человеком, а сегодня… Сегодня предстояло выяснять, так ли это.
Впрочем, я не удивилась. Дайс всегда славился своей тягой к справедливости. При прошлом императоре она принесла ему много проблем, и лишь война расставила все по местам. Я мало знала его, мы практически не общались, но Шейн его всегда высоко ценил.
Со странной отстраненностью я подумала, что весь день перебирала в уме друзей и знакомых, заново вносила их в свой мысленный каталог, сортируя по новым папкам. Только Дайс и остался в прежней — среди тех, кому по словам моего дракона, можно доверять.
— Нервы, — коротко пояснил за меня Шейн. А я всхлипнула ему в рубашку. Правда, скорее, из-за того, что едва не рассмеялась. О да, сейчас я ощущала себя очень нервно. Для демоницы. Какое очаровательное объяснение!
— Собирайся, — шепнул мне Шейн, легко разворачивая и толкая в сторону шкафа. — И надень перчатки.
Перчатки?
Просить дважды меня не пришлось.
Я и сама чувствовала, что времени нет. Бросилась к шкафу, чтобы переодеться, пока мужчины отошли к окну. Комнату покидать не стали, а я не рискнула закрыться в уборной. Переживем и так. К тому же Дайс давно привык видеть меня в драных штанах и мужских рубашках на тренировках, а Шейн — так и вовсе без ничего.
В шкафу стояла сложенная вчера сумка с удобной сменной одеждой. Мы ведь собирались отправиться на длительную прогулку после второго дня церемонии. Что ж, кажется, прогулка не отменилась, а слегка перенеслась!
— Готова, — доложила я, натягивая серый плащ с глубоким капюшоном. Ночью он легко позволял сливаться с большей частью стен в столице. — Куда идем?
— На поезд, — бросил Дайс, пока Шейн отбирал у меня сумку.
— На поезд?! — воскликнула я чуть громче, чем следовало, за что и отхватила два ужасно недовольных взгляда.
— Некогда объяснять, — буркнул Дайс. — Потом поговорите.
— Как скажете, — очаровательно улыбнулась я.
Ничего не имела против. С таким детством, как у меня — во вражеской стране, — быстро учишься быть очень понятливой девочкой. Сначала уносим ноги, потом разбираемся.
— В окно? — уточнил Шейн.
— В окно, — кивнул Дайс. — Сниму защиту всего на несколько секунд, тогда есть шанс, что никто не успеет заметить. Готовы?
— Готовы, — отозвался Шейн за двоих, бесцеремонно подхватывая меня на руки. Еще и сумку умудрился сверху водрузить. Я послушно вцепилась в нее, чтобы не уронить.
Вот сейчас и полетаем!
Я, конечно, не ожидала, что полетим мы далеко, но все же надеялась, что продлится развлечение чуть дольше, чем пара секунд — из окна и вниз до дорожки в саду.
Шейн поставил меня на землю, что понравилось мне еще меньше: стало холодно, и отчаянно хотелось снова залезть к нему на руки.
Комендантского часа в столице не было уже больше года. Его отменили, когда трущобы наконец отстроились после войны, а по городу, снова обретя дома, перестали бродить толпы неприкаянных бедняков и солдат. Но летать посреди ночи по-прежнему никому не хотелось. Ждали нападения, и неважно, от своих или чужих. Когда в тебя летит магическая стрела или любое другое заклинание дальнего действия, не имеет значения, кто его швырнул.
Нам же подниматься и вовсе было противопоказано. Получив должность первого советника, Шейн стал слишком хорошо известен, причем в любой ипостаси. Если не бандитам, то собственным гвардейцам уж точно. Так от преследования не скрыться.
Запираться в вагоне, из которого есть только один приличный выход, не считая окон, меня тоже не очень-то тянуло. Да и если обнаружат, вылетать из движущейся махины, ничего не задев и не упав, — то еще удовольствие. Может, у драконов с этим проблем поменьше, но мои нежные крылья вообще не приспособлены к нагрузкам и сопротивлению сильному ветру, даже если предположить, что я сумею их развернуть.
Однако стоило признать, что сейчас поезд был самым простым путем из города. На вокзале легко затеряться в толпе, особенно если никто не ищет прямо сейчас и именно там. А нас пока не искали.
Бежать. И куда?
В какую-нибудь дыру, чтобы ждать в ней, пока все решится в нашу пользу. Что-то подсказывало — не решится никогда. Это ведь не случайность и не недоразумение. От таких откровенных попыток избавиться от неугодных не отказываются. Особенно когда все получилось.
— Идем, — скомандовал Дайс, появляясь из-за угла. Этот человек ничего не мог оставить без присмотра. Впрочем, мы ведь еще не покинули охраняемую территорию. Легко вывести нас наружу сейчас мог только он.
Я, обернувшись, взглянула на дворец, что был мне домом больше двадцати лет.
