— А ты забыл, старик, что именно я представляла свой народ на твоем Суде Мастера? То испытание вынесли только мы с Римо. Хоть я и женщина, но я — воин!
— Воин — еще не значит ассасин! — возмутился Чиун. — После этого мои люди потеряют к нам всякое уважение. Это твоя вина, Римо. Ты наградил эту женщину не тем семенем. Ты должен был влить в нее добротное мужское семя, а не второсортное женское!
— Подумать только, я — отец! — Римо все не мог прийти в себя. Он вытянул руку и погладил девочку по волосам — они были мягкие как шелк.
— Ты как будто удивлен? — проворчал Чиун. — Когда вы с этой женщиной расстались после Суда Мастера, ты же знал, что она понесла от тебя!
— Я ведь просила тебя ничего ему не говорить! — упрекнула Джильда. — Ты обещал, что это дитя останется нашей тайной, Чиун!
— Он должен был знать. Ребенок от рождения наделен духом Синанджу. Во всяком случае, я на это надеялся. Почему ты не сказала мне, что это девочка?
— Это ребенок Римо, а все остальное неважно.
Это очередное проявление недоразвитости белой расы повергло Чиуна в отчаяние. Он поднял руки.
— Я сдаюсь! Я конченый человек. Горе мне, я опозорен! И никто меня не может понять!
Но ни Римо, ни Джильда его уже не слушали. Римо гладил детскую головку, а Джильда пристально следила за ним. Напряжение в ее лице сменилось выражением материнской гордости.
— Привет, — тихонько заговорил Римо с малышкой. — Ты меня не знаешь, но я твой папа.
Малышка Фрея подняла на него глаза.
— Папочка! — засмеялась она и протянула к нему ручку. — Я по тебе скучала.
— Можно? — спросил Римо. Джильда кивнула.
Римо взял девочку на руки. Она оказалась тяжеленькой. Фрея была очень похожа на Джильду, только мордашка у нее была круглее, а глаза — карие, как у Римо, но не так глубоко посажены.
— Как ты могла по мне скучать? — спросил Римо. — Ты ведь меня никогда не видела!
Фрея обняла его за шею.
— Но ты же мой папа! Все маленькие девочки скучают по своим папам. Правда же?
— О-о... — протянул Римо, крепче обнимая ребенка.
— Фу ты! — фыркнул Чиун и с презрением отвернулся.
— Папочка, ты, может, пошел бы прогуляться или еще куда? — предложил Римо. — Нам с Джильдой есть что обсудить.
— Если меня будут спрашивать, — процедил Чиун, — я удаляюсь свести счеты с жизнью. Хотя кому до этого дело?
Он сердито зашагал по прибрежной тропе, и при каждом шаге цилиндр у него на голове подпрыгивал.
Джильда взяла девочку у Римо и поставила на землю.
— Поиграй, детка, — сказала она.
— Почему ты мне ничего о ней не сказала? — спросил Римо, глядя, как девочка принялась играть со свадебными флажками.
— Ты знаешь почему.
— Я хочу это услышать от тебя.
— После Суда Мастера, когда я узнала, что беременна, то поняла, что мне нет места в твоей жизни. Как и тебе — в моей. Я не принадлежу к Синанджу и я не могла остаться с тобой в Америке. У тебя опасная работа, у тебя много врагов, в особенности один, очень опасный враг. Я не могла подвергать опасности жизнь ребенка. Для меня оставался единственный выход — сохранить все в тайне, иначе мы были бы поставлены перед труднейшим выбором.
— А знаешь, я чуть не уехал за тобой следом.
— Я бы все равно убежала.
— Но вот ты здесь, — возразил Римо.
— Я получила письмо от Мастера Чиуна, он просил меня приехать в Синанджу. Он писал, что тебе грозит опасность и что тебя может спасти только присутствие меня и нашего ребенка.
— Да, спасти, — горестно повторил Римо. — От женитьбы.
— Ты ее любишь? — спросила Джильда, кивая на дверь Ма Ли.
— Во всяком случае, мне так кажется. Вернее, казалось, что люблю. Теперь, когда я увидел тебя, у меня в голове все перемешалось. Я думал, мы с тобой никогда уже не увидимся, а тут такое...
— У меня тоже смешанное чувство. Когда я увидела, что ты сейчас станешь мужем другой женщины, мне будто меч в живот всадили. Я не требую от тебя выполнения никаких обещаний, Римо. Да мы с тобой их друг другу и не давали. Твоя жизнь принадлежит тебе, а моя — мне.
— Сейчас все изменилось. Я больше не работаю на Америку. Я собираюсь осесть здесь.
— Тогда, похоже, мы все же оказались перед выбором, которого избежали в прошлый раз, — сказала Джильда с неуверенной улыбкой.
Римо порывисто обнял ее и поцеловал. Фрея засмеялась.
— Мамочка и папочка вместе! — От радости она захлопала в ладоши.
— Давай пройдемся! — предложил Римо. — Все вместе.
— А как же она?
Римо бросил взгляд на дом Ма Ли.
— Не всё сразу, — сказал он, взял Джильду и Фрею за руки и зашагал к морю. Как ни странно, у него было такое чувство, что все идет как надо.
Мастер Синанджу сидел посреди своих сокровищ. Его старческое лицо было напряжено. Перед ним стояли свитки в глянцевых футлярах цвета морской волны. Чиун поочередно читал их, силясь найти хоть какую-то подсказку.
