– А теперь они заметят ещё и твоё, и тогда пустят новые слухи, что весьма своевременно, ведь все остальные уже устарели и всем надоели, – спокойно отозвалась я, не скрывая своего интереса к кольцу с кленовым листом на пальце у названого брата. Скорее всего, оно принадлежало нашей матери, и вполне справедливо, что Риан забрал его себе, ведь я её не знала и стала причиной её окончательной смерти.
– Почему же надоели, вот когда я уезжал, Велиант упорно доказывал моему казначею, что всё это чушь собачья, – пожал плечами мой собеседник, а я не выдержала и подняла на него взгляд, полный удивления. Нет, я слышала от Риана выражения и похуже прозвучавшего, но думала, что, став королём, он начнёт иначе излагать мысли, словами, более подобающими статусу. Видимо, не начал. Парень стоял с прямой спиной и смотрел на город. В его зелёных глазах отражалось пламя свечей из ближайшего окна замка, а до лопаток длинные, слегка вьющиеся волосы были убраны с лица и заколоты на затылке. Мысленно я позавидовала таким волосам, мне теперь свои заново отращивать несколько лет. Подбородок короля Брундерка был идеально выбрит, а ничем не примечательное лицо казалось слишком похоже на моё собственное.
– Они и до вас уже успели дойти, – недовольно буркнула я, поморщившись. – И с кем я там уже сплю? С конюхом? – закатив глаза, я оперлась локтями о парапет и свесила с него кисти рук. Прохлада камня ощущалась даже через рукава платья, но она казалась приятной. Я сама позволила слугам, жившим со мной в поместье, распускать любые слухи о том, что там происходит, но строго-настрого велела сохранить тайну существования моей дочери. Ведь прислуга, хочешь ты того или нет, и как бы сильно ни была тебе верна, но нуждается в темах для беседы в те редкие моменты, когда вырывается в город, и я не могла лишить их этого права. Иначе главной темой для бесед стала бы именно тайна о моей дочери. Так, я хоть чуток обезопасила её.
– Дай подумать, я же не прислушиваюсь к ним, так, мимо ушей иногда проносятся, – брат сделал вид, словно задумался, даже поднял руку, демонстративно погладил подбородок и замер, обхватив его большим и указательным пальцами. – Сперва ты спала с гвардейцами, причём с четырьмя из пяти, распределив их по дням недели. Думаю, для пущей достоверности начали рассказывать, что пятый оказался предан своему делу и не соблазнился на твои уговоры, а один из четвёрки был с жутким шрамом на пол-лица, потому ему достался всего один день, а остальным по два. Затем был управляющий поместьем, но его ненадолго хватило, ведь ему уже за шестьдесят, и ты от него быстро устала. Потом да, был конюх и псарь, причём одновременно, и либо в конюшне, либо в псарне, ведь они воняли, и ты боялась, что их запахом провоняют твои покои, – на этом уже не выдержала я и усмехнулась, покачав головой. За все полтора года жизни в поместье я и знать не знала, что там есть псарь и псарня, и уж точно никогда там не была, ведь животные и запахи от них – на самом деле моя нелюбимая тема. – Ну, и да, сейчас ты спишь с библиотекарем, – закончил Риан, вернул руку на парапет и посмотрел на меня. Мы были одного роста, видимо, и каблуки на обуви подобрались одинаковые. Я же приподняла брови от удивления.
– У меня есть библиотекарь? – поинтересовалась я, посмотрев на брата, отчего тот не выдержал и рассмеялся в открытую. – Интересно, и где все мои дети, раз я меняю мужчин как перчатки, – недовольно буркнула я, покачав головой, но брат лишь пожал плечами, будучи не в состоянии ответить словами из-за смеха. – И ты веришь во всё это? – на всякий случай я решила уточнить, но раз Риан смеялся, чего прежде никогда не делал, то ответ оказался очевиден.
– Только в библиотекаря, – вернув себе серьёзное выражение лица, отозвался собеседник и теперь мы смотрели друг на друга, и от его взгляда я невольно поёжилась, ощутив волну мурашек, что пробежала по спине. Сейчас, когда минута слабости и веселья прошла, Риан смотрел на меня так, словно подозревал в укрывательстве правды, от которой зависит судьба мира, и, по сути, он был в этом прав. Смотря на него, я понимала, что он ждал. Ждал, что я расскажу ему всё. И на самом деле он уже и так всё знал, надеясь, что его знание ложно. Вот только для меня эта тема оказалась слишком болезненной, и это по-настоящему злило, но я решилась хотя бы попытаться.
– Ты с ним знаком? – поинтересовалась я, отведя взгляд и снова уставившись на город под Замком и верхушки деревьев, качавшиеся на усилившемся ночном ветру. Ощущая на себе пронзающий взгляд зелёных глаз, мне захотелось развернуться и уйти, но в зал возвращаться было бы огромной ошибкой. Всех тех людей я ненавидела, в отличие от брата, а к нему была совершенно равнодушна.
