– Что это значит – она никуда не пойдет? – заикаясь, переспросил священник.
– Ребенок появится, наверное, уже сегодня ночью, – ответила Александра.
Священник перекрестился. Он еще больше посерел. Беременная попыталась улыбнуться ему. Она сжала руку Александры и уже не отпускала. Ее пальцы были ледяными тисками. Люди вокруг них что-то бормотали и смущенно переглядывались.
– Как вас зовут, ваше преподобие?
– Бильянова, – выдавил священник. – Бильянова Франтишек.
Он назвал сначала свою фамилию. Как Александра и подумала: воспитанник иезуитов. Неожиданно она вспомнила, по какому делу, собственно, тут разъезжает, и что не может позволить себе задерживаться здесь. Должно быть, что-то из этих мыслей отразилось на ее лице, так как в глазах беременной вспыхнула паника. В отчаянии Александра ответила на ее рукопожатие. Больше всего ей хотелось кричать от ярости и беспомощности.
– Я Попелька, – сказала беременная.
Александра вздохнула.
– Я – Александра. Не беспокойтесь – все будет хорошо. – Древняя ложь была такой же безвкусной, как и гнев на обстоятельства, которые устроили ей эту помеху на пути.
Один из деревенских мужчин подошел к священнику.
– Ваше преподобие, пожалуйста… Нам пора идти.
– Нельзя ли все-таки отвезти ее на телеге? – умоляюще спросил священник. – Мы бы все вместе помогли ей… Правда же, мы ведь все вместе…
После недолгой паузы мужчины дружно закивали.
– А куда вы вообще идете? – спросила Александра.
– К пещерам! – Священник Бильянова указал на холм, который загораживал горизонт на некотором удалении от деревни. Он был покрыт лесом и казался большой длинной тенью; на гребне у него, словно зубы, торчали серые скалы. – Там, наверху, в карсте много ходов! Их знают только местные жители. Раньше там жили фальшивомонетчики, но теперь пещеры пусты. Солдаты никогда не найдут нас там!
– Вам ни за что не удастся затащить ее туда, – заявила Александра.
Священник опустил плечи.
– Но что же мне все-таки делать? – простонал он.
На глаза ему навернулись слезы.
– Оставайтесь здесь и помогите мне принять роды, – сказала Александра, и в словах ее прозвучало больше решительности, чем она на самом деле чувствовала.
– Но ведь… однако… я должен отвести прихожан к пещерам.
– Ваши протеже определенно найдут пещеры и сами, клянусь тремя чертями, – резко возразила Александра.
Когда она подняла глаза, ее замешательство усилилось. Крестьяне смотрели на нее как на человека, который только что приказал отнять у них все добро и выгнать их нагишом в поля. Некоторые женщины заплакали, какой-то старик украдкой сделал в направлении Александры знак-оберег от дурного глаза.
Священник наклонился к ней.
– Послушайте, – прошептал он и в первый раз показался ей хоть немного похожим на мужчину, – вы ничего не понимаете. Во всей округе нет никого, кроме меня, кто мог бы взять на себя руководство. У этой деревни нет бургомистра, крестьянского старосты, совсем никого – нет даже кого-то вроде самого уважаемого крестьянина в районе. Это всего лишь беднота, все эти годы жившая за счет обслуживания резиденции господ фон Лобкович. Помимо меня, наивысшим авторитетом для них был управляющий, а он сбежал много лет назад, прихватив с собой и слуг, и все, что можно было вынести из замка. В последний раз кто-то из господ приезжал сюда очень давно, еще до меня. Люди доверяют мне, как овцы своему пастуху.
– Тогда настало время овцам поднять головы, – прошипела Александра. – Мы ведь оба знаем, что речь сейчас идет о вашем ребенке! Вы что, хотите бросить на произвол судьбы и его, и мать?
Лицо священника исказила ужасная агония. Он встал и посмотрел на своих прихожан. То, что они прочли в его взгляде, заставило некоторых из них опуститься на колени и начать громко молиться.
– Ваше преподобие, вы должны идти с нами, – прошептал крестьянин, который уже настаивал на отъезде.
– Что с вами? – крикнула Александра. – Вы ведь наверняка выросли здесь. Ну же, примите руководство! Доставьте своих соседей в безопасное место. – Она вскочила на ноги. Крестьянин отступил перед ее натиском. – Мне его преподобие тоже нужен. Он должен мне помочь.
Крестьянин так уставился на нее, будто она заговорила на иностранном языке. Затем он стряхнул оцепенение и снова обратился к священнику Бильянове.
– Пожалуйста, ваше преподобие… Без вас мы потеряны. Руки священника дрожали. Он направил взгляд в небо.
– О, Господи, скажи мне, что я должен делать! – застонал он.
Александра указала на Попельку.
– Он уже сказал это вам, черт возьми. Он говорит, что вы должны оставаться здесь, так как мне нужна помощь, чтобы привести ребенка в мир!
– Пожалуйста, ваше преподобие… пещеры. Нам уже пора идти. Без помощи Божьей мы потеряны. Вы должны молиться и охранять нас.
Франтишек Бильянова опустил голову. Он начал всхлипывать. Александра больше не могла выдержать это. Она кинулась на крестьянина, подняв руки. Он отскочил назад и чуть не шлепнулся на землю.
