Наутро пустота и боль ушли. Проснулась в хорошем настроении и полная сил. Что же, вперёд, к новым знаниям, ан нет, пока — к умениям! Физкульт-привет, люди-нелюди!
Утренняя боёвка прошла в уже привычном режиме. Когда звук колокола оповестил о конце занятия, тренер Толар позвал меня:
— Студентка Арианелла, задержитесь. Я заметил, что ваша техника весьма изменилась.
Хм, к чему это он клонит? Насторожилась.
— Мне кажется, вас можно освободить от дополнительных занятий. Продолжайте в том же духе и не останавливайтесь на достигнутом.
При этом он многозначительно покосился на нашу компанию, ожидавшую меня чуть в стороне.
— Спасибо, тренер, — растерянно поблагодарила мужчину.
Пока мы шли до комнаты, заметила косые взгляды в нашу сторону. Понятно, получить освобождение от внеурочного валяния в грязи и махания тяжёлой железкой — предел мечтаний многих. Мимо прошли перемазанные сокурсники, девушки, мельком глянув, взволнованно зашептались, парни презрительно-снисходительно скривили губы. На всякий случай оглядела себя, приятелей: вроде всё как у всех — грязные штаны, пыльная туника, растрёпанные волосы. Неужели это освобождение так их задело?
Уже привычно ребята проводили нас до комнаты. Теперь быстренько отмыться от налипшей грязи — и бегом на завтрак.
Стараясь не обращать внимания на шепотки в спину и косые взгляды, добрались до столовой. На подходе какая-то девица, бросив в мою сторону гневный взгляд, процедила сквозь зубы:
— Стерва!
Я опешила. Вопросительно глянула на Лилиенну, напоролась на такой же удивлённо-ошарашенный взгляд.
— Может, она тебя с кем-то перепутала?
— Может. Я её вообще не знаю.
По мере нашего продвижения по столовой слышались возгласы: «Это она». — «А прикидывалась недотрогой…» — «Вот повезло!»
Да что происходит?! В полном недоумении и с нарастающим раздражением села за наш стол.
Риан окинул всех тяжёлым взглядом. Дан сидел напряжённый и серьёзный.
— Мне кто-нибудь объяснит, что, гросс вас всех задери, тут творится?! — не выдержала я.
Тиэль подавился и закашлялся.
— Арина, никогда не слышал, чтобы ты так выражалась.
— Если сейчас мне кто-нибудь не расскажет — ещё не такое услышите!
— Мы не знаем. Просто вся столовая гудит про тебя. Мне это не нравится, — ответил Дан.
— А этому что нужно? — вампир уставился мне за спину.
Проследила его взгляд. К нашему столику двигался Дант. Снисходительная улыбка на лице вместо злобного взгляда насторожила.
— Арина, я всегда знал, что твоя грубость — это лишь способ привлечь моё внимание.
Через некоторое время смогла вернуть брови в привычное положение, но дар речи возвращаться не желал.
— Теперь тебе не придётся сидеть за одним столом с этими… эм-м… ну, ты меня поняла. Я жду тебя за своим столиком. А вечером к восьми приходи ко мне в комнату.
Похлопала пару раз ресницами, почувствовала себя "йа блондинко", повернулась к друзьям, возвращая челюсть на место. За столом стояла гробовая тишина. Девочки застыли в шоке. Ребята переводили взгляд с меня на ушастого пижона и обратно. Только на лице Риана не было замешательства, была… злость. Глаза наполнились тьмой, черты лица заострились. Одним плавным движением демон оказался на ногах и через миг стоял перед уходящим эльфом.
— Объяснись.
Ух, всего одно слово, а какой эффект!
— И что вам не понятно? Девушка, наконец, нашла в себе смелость признаться, кто ей нравится. А вы что, на что-то надеялись?
Дантаниэль надменно фыркнул, многозначительно перевёл взгляд от Риана к Дану. Изящным жестом поправил выбившуюся из косы прядь волос. Уже разворачиваясь, склонился ко мне:
— Я жду.
С ответом меня опередил Дан.
— Ушастый, — ой, какая прелесть, уже понахватались от меня. — Ты головой не стукался?
— Клыкастый, смирись. Неужели ты думал, что девушка посмотрит на такого, как ты, когда рядом есть достойные.
Если он ещё чуть-чуть задерёт нос, то точно во что-нибудь врежется.
Глаза вампира нехорошо блеснули. Так, пора вставить своё веское слово.
— Слушай, блондин, объясни толком, куда и когда я тебя выбрала?
— Дорогая, ты уже получила меня. Можешь больше не играть.
— Так. Кто из нас сошёл с ума? — обвела взглядом компанию.
В ответ мне только пожали плечами.
— Я понимаю. Удар по самолюбию. Девушка сказала, что предпочла другого.
А ехидства в голосе, наверное, на весь курс хватит.
И тут меня озарило. Судя по взгляду вампира — его тоже. Сдавленно хрюкнула, ещё раз, Дан держался лучше, но недолго. Наш дружный хохот вызвал недоумённые взгляды всех участников этого фарса.
Новоявленный кавалер, весьма озадаченный таким поворотом, лишь хлопал длинными ресницами.
— Слушай, неотразимый ты наш, у тебя слово «сарказм» есть в лексиконе? Или, когда заходит речь о тебе и противоположном поле, остатки соображения вытесняются приступом обострения самовлюблённости?
Эльф моргнул в очередной раз. Хотя взгляд из растерянного начал превращаться в злобный. Ох, ну куда меня несёт, ой, несё-ё-ёт…
— И вообще, подслушивать чужие разговоры… Ай-ай-ай, как нехорошо. Красавчик, запомни: блондины не в моем вкусе. Менять свои предпочтения не собираюсь, особенно из-за таких, как ты.
