— Вы вполне можете постараться обернуться, господин де Вальтер, — усмехнулся советник, ничуть не испугавшись. — Однако на город поставлен защитный барьер, который не позволит вам этого сделать. А также использовать магию. Не верите? Попробуйте. Но в этом случае, а также в случае неповиновения указу совета вас посадят в темницу до выяснения всех обстоятельств и блокировкой магии, как королевского преступника. А из неё никакие взятки не помогут выйти.
Роэлс не скрывал своего торжества. Леди Вирдзон крепко держала меня за руку, не давая и шагу сделать. Жених с отцом загородили меня от Эрдена, а я смотрела через них на своего мужчину и ничего не понимала. Кто он? И кто я для него?..
Когда же на нас обратил внимание хозяин дома, Эрден оглядел всех, обернулся на меня и, несмотря на толпу, сказал:
— Я за тобой вернусь, Лия.
И пока отец не разразился гневной тирадой, развернулся и пошёл на выход. А я просто смотрела на широкую спину дракона и понимала, что, как прежде, уже не будет.
Сейчас была глубокая ночь. За окном была такая темень, хоть глаз коли, лишь свет луны на безоблачном небе кое-как освещал город. Я сидела у окна и в буквальном смысле кусала ногти, хотя мне дали отвар для глубокого и спокойного сна. Какой тут сон, когда я с ума сходила от неизвестности?! За себя, за Эрдена, за Жорика…
Гостиница, в которой мы остановились, была дорогой, богатой и уже знакомой мне. Именно сюда мне помог заселиться Роэлс, когда я только приехала в Ронвелл. Интересное совпадение. Я бы в него даже поверила, если бы не заметила у центрального входа жандармов.
Родители все вывернули так, что все присутствующие поверили в то, что меня околдовали. Охали, ахали, жалели. В основном родителей, ведь им придётся потратить деньги на моё лечение и восстановление доброго имени. Проклинали Эрдена, костили на чём свет стоит. Те, кто сильно подвыпил, грозили отправить его жандармам на расправу. Но лорд Роэлс, как истинный предводитель, уговорил их успокоиться и спешить с расправой.
Добренький какой.
В гостинице откуда-то взялся лекарь и тут же осмотрел меня. Крутил, вертел во все стороны. Заставлял смотреть на какие-то слишком яркие, как лампочка Ильича, артефакты, капнуть каплю крови в сосуд с неизвестным мне зельем и даже плюнуть в него. И в итоге выдал то, что хотели услышать родители — Несомненно, на леди Вирдзон было наложено мощное любовное заклятие, — кивнул седовласый низенький мужчина с важным видом. — Но не беспокойтесь, у меня есть зелье, которое сможет его снять. Очень мощное зелье. Правда, стоит недешево, ведь в его составе присутствует корень златоцвета, самого редкого и уникального растения! Но если для вас это дорого, то… — Мы всё оплатим! — воскликнула мама Амелии. — Лишь бы с нашей дочерью всё было в порядке.
Угу, конечно, оплатите, лишь бы поддержать нужную легенду. Мне-то сразу было видно, что этот лекарь — шарлатан и его зелье — обычная настойка от сильного утомления. Мы проходили их на уроках базового целительства. Хорошо хоть безвредная для здоровья, но я не стала её пить, вылила в цветок, как только они отвернулись.
После ухода лже-лекаря отец всё равно устроил мне разнос. По всем поводам. Что сбежала из дома неизвестно куда, что подговорила врать Беатрису, «такую хорошую девочку», о моём местоположении, и она себя теперь очень плохо чувствует. Что, будучи незамужней, жила под одной крышей с сомнительным мужчиной.
— Как только мы приедем домой, ты выйдешь замуж за графа Уродна! — говорил он ледяным тоном. — Он тебя возьмет даже порченной.
— Я не была с Эрденом, — ответила на это.
— Проверим! И если это не так, твоему любовнику не поздоровится.
Хорошо хоть леди Вирдзон смогла уговорить его успокоиться, ведь их бедную и несчастную доченьку опоили, и она не сама пошла на такой страшный и унизительный шаг. Дошло даже до того, что родители решили, будто Эрден подговорил графа Гринвелл опрыскать письмо с завещанием сильнодействующим любовным зельем перед тем, как отправить мне, раз я решилась на такой шаг. Я не стала никого разубеждать в этом, пусть думают так, как им нужно. Мне это сейчас тоже было на руку.
Проверку начистоту и целомудрие оставили на потом, вроде как у семьи Вирдзон был свой личный доктор, у которого я, к слову, ещё никогда не была с момента своего попадания.
Через три часа после всех событий из замка доставили мои вещи. Без Жорика. Я умоляла вернуться и забрать его, но родители лишь отмахнулись.
— И хорошо, что забыли. Надоел этот странный чайник.
— Но он мой питомец, мой друг!
— У приличной девушки не может быть питомцем чайник, — вскипела леди Вирдзон. — Это нелепица какая-то! Как приедем домой, заведёшь собачку. От неё хоть пользы будет больше, чем от твоей кухонной утвари. К тому же леди Урдон, твоя будущая свекровь, обожает маркунских болонок. Будет о чём поговорить с ней долгими зимними вечерами. И будущего мужа порадуешь.
— Да не хочу я за него замуж! — вспылила на это, но получила пощёчину.
