– Копатель слюнявый, – презрительно пробурчал Брум, сидя на вверенном ему рюкзаке.
Вооружившись второй миской, я принялась помогать Эспину, и вскоре мы выбрались из палатки.
Снаружи сияло солнышко. Всё вокруг блистало белизной и слепило глаза. Сапоги увязали в свежем снегу по колено, и я не представляла, как нам идти по нему дальше на север.
– Поэтому продолжим идти на северо-восток, – известил меня Эспин.
– Но почему? – не поняла я. – Мы ведь уйдём вглубь острова, а нам нужно на побережье. Зачем мы вообще вчера послушали Брума? Дрова так толком и не нашли, зато рискуем заблудиться.
– Если бы вчера мы пошли вдоль берега, то попали бы в метель. Представляешь, какой у моря ветер? Мы бы замёрзли за считанные часы. Не думаю, что волны выкидывают много топлива для обогрева.
– Но здесь его тоже нет. А что, если сегодня снова пойдёт снег и сорвётся ветер?
– Посмотри на карту. Если пойдём на северо-восток, то уже к обеду выйдем к реке. А где река, там и деревья. К тому же я не думаю, что нам повезёт так же, как и в Кедрачёвке.
– В каком плане?
– Смотри, всё вокруг завалило снегом. Усть-Каменка уже должна была переехать в горы. Если снег пошёл там только вчера, то у нас есть шанс встретиться с каменцами на реке, пока они будут несколько дней плыть на своих батах к горам.
– А если они уже перебрались в горы?
– Тогда всё равно пойдём вдоль русла к морю. Твой мохнатый ворчун говорил, что знает, где искать пещеру, в которой каменцы хранят байдару.
– И что мы с ней будем делать?
– Позаимствуем и переплывём на Медвежий остров.
Интересный план. Только есть в нём один изъян.
– Хорошо, но как мы вернём байдару обратно?
Эспин думал недолго и выдал:
– Наймём двух лодочников в Сульмаре. Пусть один плывёт в Усть-Каменку на своей байдаре, а его спутник на каменской, чтобы потом оставить её в пещере. Назад они вернутся в одной байдаре.
– Ты веришь в честность людей? – даже удивилась я.
– А ты веришь, что кругом подонки и похитители байдар? А как же северное гостеприимство и взаимопомощь?
Ладно, поверю Эспину. Пусть все жители Медвежьего острова будут порядочными. А то что-то мне не хочется идти вверх по реке к горной Каменке, а потом уговаривать людей, чтобы они переправили нас к устью, а затем и на соседний остров. Слишком много хлопот. Надо уметь справляться с трудностями своими силами.
Позавтракав размоченными пшеничными галетами, я решила попытаться вновь скормить Дозорке китовый суп. Нет, мой пёсик не удав, после холодной ночи он нагулял аппетит и с радостью всё выхлебал. А потом после небольшой передышки он весело скакал по сугробам, словно плыл в море снега, что был ему по грудь. По этим проторённым тропам мы с Эспином и попытались пойти в сторону реки.
Как же невыносимо тяжело утопать сапогами в рыхлом снегу. И десяти минут не прошло, как я выбилась из сил, ступая по продавленным следам Эспина. А ему хоть бы что – он так уверенно шагал вперёд, что я не поспевала за ним. Пару раз мне даже пришлось окликнуть Эспина и просить его остановиться.
– Потерпи, – приободрял он меня, – скоро должны прийти.
– В непропуске ты тоже самое говорил, – некстати вспомнилось мне.
Эспин ничего не ответил и продолжил путь. А через пару часов на горизонте показались чернеющие заросли ольховника.
К обеду мы действительно выбрались к реке, не успевшей покрыться льдом, и были несказанно счастливы.
Морозец крепчал, благо ничто не мешало нам соорудить костёр и отогреться.
– Что будем готовить? – спросил меня Эспин, доставая из рюкзака две консервные банки. – Опять суп из китятины или свинину с рисом?
Как же мне наскучила тушёнка, просто выть хотелось. Пришлось соглашаться на свинину с рисом и идти к реке, чтобы набрать в котелок воду.
Дозорка крутился у берега и внимательно вглядывался в сероватую гладь.
– Что ты там увидел? – поинтересовалась я. – Что там такое?
Пёс даже голову не повернул и продолжил таращиться на воду. Кажется, краем глаза и я заметила какое-то движение в реке. А в следующий миг одним стремительным рывком Дозорка сунул морду в воду и вытащил оттуда бьющуюся в судорогах рыбку. Это был не полуночный лосось, а что-то мелкое, но явно вкусное, раз пёс слопал рыбу без остатка. А потом он поймал ещё одну и ещё. Затем он стал откусывать рыбкам головы, а тушки откидывать в сторону за ненадобностью. Наблюдая за такой необычной рыбалкой, я не сдержалась и решила заняться вымогательством.
– Дозорка, ну отдай мне рыбку. Отдай.
Нет, пёс не желал делиться и разжимать пасть. А я не хотела подбирать за ним объедки. Пришлось сбегать к лагерю и выпросить у Эспина нож, чтобы вернуться и всё же отнять у Дозорки улов.
Одним быстрым движением я отрубила рыбе голову и скормила её псу. Кажется, хитрость удалась, и вскоре Дозорка понял, что мы можем стать отличной командой. Так через полчаса мой котелок был заполнен будущим жаркое, а Дозорка до отвала наелся излюбленными головками.
Свинина с рисом на обед отменялись. Трапезничали мы поджаренными на прутиках рыбинками и заедали их сладковатой сараной.
