— Недоволен?
— Еще как! — скривил рот Турин. — Если, конечно, не играет.
— Ты по-прежнему так думаешь?
— Я это допускаю. Хотя… Ситуация и впрямь скользкая. Принцесса пропала, официальных заявлений нет… Император говорит, что перемирие на грани срыва. Среди анамадян вовсю ходят слухи, что похищение принцессы подстроено Турронодорром специально. Между прочим, я тоже думал об этом. Сомневаюсь, что это правда, но все же полностью не исключаю.
— Ты так официально говоришь сейчас… — улыбнулась Ева. — Будто на докладе у Императора!
— Не отошел еще от разговора с ним… — Евгений накрыл ладонь жены своею.
— И что, война продолжается?
— Не знаю. — Турин коротко мотнул головой. — Император хочет, чтобы я встретился с Аггином… Неофициально, конечно. И все ему рассказал.
— С Вождем анамадян?! — ахнула супруга.
— Император считает, что доверие с нашей стороны может остановить Аггина. Или хотя бы приостановить. Возможно, он сам знает что-то и поделится с нами информацией.
— Это ошибка! — покачала головой Еггенодарра. — Император потерял голову! Аггин не станет с нами разговаривать, а если станет — ничему не поверит.
— Приказы Императора не обсуждаются, — невесело улыбнулся Турин. — К тому же мы все равно собирались лететь туда.
— Но не к Вождю же!
— Возможно, так будет даже лучше… — Турин снял руку с ладони жены и стал вводить данные для Прыжка.
Вождь анамадян согласился принять Туриных сразу, без уточнения цели визита — чем несколько озадачил супругов. Зукконодорр даже подумал: уж не в сговоре ли тот с Императором? Но тут же отбросил эту мысль как совершенно нелепую. «Так недолго дойти до полной паранойи!» — усмехнулся он про себя.
Поскольку встреча была неофициальной, их провели в обеденный зал дворца. Впрочем, дворцом резиденцию Аггина можно было назвать очень условно: по внешнему виду — какое-нибудь типичное земное учреждение из стекла и бетона (ну не бетон, конечно, но что-то похожее); украшения полностью отсутствовали — все выглядело сугубо функционально и подчеркнуто строго.
В обеденном зале — та же скупость убранства: никаких колонн, картин, вычурной лепнины, хрустальных люстр; потолок излучал мягкий свет; через толстые и высокие — от пола до потолка — окна виднелась россыпь далеких городских огней; ряды зеркальных столиков вдоль стен…
Более широкий и длинный стол был выдвинут ближе к центру. Возле него стояли три одинаковых черных кресла с удобными кожаными сиденьями и спинками. Одно из них — у торца стола возле стены, два других — метрах в двух от первого напротив друг друга. На столе имелись лишь фрукты и соки — правда, самые разнообразные.
Туриных подвел к их местам человек с будто застывшей на лице маской невозмутимости. Сделав шаг в сторону, он остался стоять, сложив на груди руки. Говорить он, казалось, не умел вовсе.
Супруги остались стоять. Этикет анамадян не многим отличался от этикета более-менее развитых цивилизаций.
Аггин не заставил себя ждать. Он появился в зале через минуту. Легкой, прыгающей походкой подлетел к джерроноррам, кивнул, протянул ладонь, приглашая к столу, и опустился в кресло. Турины последовали его примеру. Человек, который привел их сюда, отошел к стене, не снимая рук с груди. Казалось, ни он не замечал Вождя, ни Вождь — своего подчиненного.
Аггин заметил взгляд Турина, скользнувший по фигуре, что застыла у стены, и проскрипел:
— Он не услышит…
Зукконодорр внимательно, не таясь, стал рассматривать собеседника. Маленький, худой, но жилистый и крепкий — почти копия Турина в миниатюре. Только совершенно лысый… По земным меркам ему можно было дать и сорок, и шестьдесят лет. Люди с таким типажом долго не старятся, застыв в «среднем возрасте», зато потом стремительно дряхлеют, скручиваясь и желтея, как засохший сыр.
Аггин в ответ на изучающий взгляд криво усмехнулся:
— Как я вам? Лучше выгляжу, чем ваш Император?
Император был откровенно толст и неповоротлив.
Временами с помощью Силы он подправлял свой внешний облик, но Силы для этого требовалось очень много, и Турронодорр занимался собой все реже и реже. Турин ничуть не смутился и откровенно признал:
— Лучше, ваше…
— Просто Аггин! — отмахнулся Вождь. — Вас я знаю. Честно говоря, не очень люблю длинные и рычащие джерроноррские имена.
— Можете называть нас агентурными псевдонимами: Женя… — Турин склонил голову. — Ева… — Евгения кивнула в ответ.
Аггин ничуть не удивился. Турин и не ждал этого, понимая, что Аггин хорошо подготовлен к встрече. После возвращения с Земли Турины перестали быть «нелегалами» — как называется это на той же Земле.
Аггин кивнул, оторвал от грозди, свисающей с вазы, зеленую ягодку, кинул в рот, запил соком. Всем свом видом он показывал, что не намерен начинать серьезный разговор первым. Турин тоже сделал глоток сока из высокого, на ножке, бокала и сказал:
— Аггин, нас прислал сюда Император…
— Давайте лучше от своего имени, — перебил Вождь, замахав руками. — То, что говорит ваш Император, я знаю и без вас.
— Хорошо, Аггин, — Турин слегка улыбнулся. — Император как раз и просил рассказать вам то, что мы знаем.
