Мастер смотрел равнодушно, был скуп на эмоции, и по его лицу мало что можно было прочесть, только глаза его иногда выдавали. Я заметила, что мастер Кроэн был вполне себе человеком эмоциональным, только он привык к своей броне, заковав свои эмоции, не давая им вылезти наружу. Редко, но взгляд — живой, плещущий огнём, выдавал в нём человека страстного.
Я заметила это, когда мы обсуждали зелья, и мастер, узнав про мою проблему с памятью и выдранные куски знаний, категорично заявил, что давать детям основы столь важной науки в таком состоянии нельзя. Мало того, он уже составил план проверки, завтра-послезавтра потребовав уделить этому важному моменту время, а после обещал составить для меня индивидуальный план обучения тому, что я забыла. Под его приглядом и помощью.
Именно в разговоре о зельях, о новых исследованиях, открытий, его взгляд менялся. Он чувствовал и видел, что мне интересно, и я даже понимала кое-что из сказанного им. И он раскрылся, показывая свою страстную натуру.
В общем, когда мастер оставил меня одну, я прошлась по кабинету, обдумывая всё, и села писать письмо лорду Уэстону. Он просил держать его в курсе важных событий и сам намекал на приезд попечителей. Значит, он тоже должен был присутствовать на предстоящей встрече.
Я была уверена, что остальные лорду ничего не сообщили, и поспешила известить о тайном приезде остальных. Удивительно, но ответ я получила через два часа, уже собираясь идти спать.
Спина затекла от сидения в кресле, глаза слипались, я разбиралась с ближайшими тратами и вчерашней продажей партии растений из теплицы и их составляющих.
Бухгалтерия — зло, но только точный расчёт не даст мне впасть ни в эйфорию от вчерашней крупной продажи, которая очень обрадовала, ни от трат, которые казались бесконечными.
К приезду попечителей пришлось готовиться. Экономка настаивала:
— Боулу нужно выделить старших ребят, чтобы парк перед поместьем убрали тщательно, это витрина и показатель успешности рода. Да и леди Оденри так ратует за сохранение редких растений, что привезла и вырастила леди Майер.
Я не собиралась тратить ни время, ни силы подростков, тем более отрывать Боула от важных дел.
— Один из Мейсонов, старший Броуди, так понравился Боулу, что он его помощником выбрал. Я уже распорядилась насчёт подростка, выделив ему плату за работу, он действительно талантлив и трудолюбив.
— Остается достаточно ребят в помощь садовнику, тот же младший у Мейсонов уже вовсю с ребятами шушукается, приняли парня. оказывается, они все собрались к мастеру Кроэну в кружок. Пока кружки ещё формируются, да и мастер сам мне сказал, что ждёт заказанные вами инструменты для класса зельеваренья. Пусть ребята поработают, пока кружка нет.
Я не согласилась с экономкой, объяснив ей:
— Э, нет, миссис Браун, такого мне мастер Кроэн не простит. Класс зельеваров, тем более те, кого выбрал мастер, неприкосновенны. Им руки нужны чувствительные, без мозолей, без огрубевшей кожи на ладонях. Как только мы получим всё недостающее, дети начнут под руководство мастера тренировать навыки, а мы получать приличные зелья, которые сможем продать в любую лавку. У нас теперь есть мастер, который готов завизировать каждое зелье. А главное, он уже согласился. Тот же младший Мейсон, Саммэт, тоже в этот класс забрали. Парк хорош и так, а вылизывать каждый угол мы не будем. Леди Оденри вполне может любоваться идеальными кустами, газоном и цветами у себя в парке.
— Вы злитесь на них, не так ли, леди Майер? — Осторожно спросила экономка, не вполне понимающая моего настроения.
Как ответить, не раскрывая лишнее? Мне нужны были союзники и я решилась:
— Каждый из попечителей может добиться закрытия нашего приюта. Каждый из них может отказать в дальнейшей помощи. Да, они снижают налог за счёт своей помощи. И в любом случае остаются с выгодой. Но я тут подумала, миссис Браун, — Мы беседовали в парке, прохаживаясь по дорожкам. Я оглянулась, удостоверившись, что мы одни, и продолжила: — А что, если за директрисой Дорсет и её прихлебателями стоит кто-то близкий. Тот, кто может влиять на нас. Кто имеет на это право. Земель у меня достаточно, она плодородна, тем более есть водоём. А средств, если приют закроется, у меня на обслуживание этого хозяйства не останется. Что мне останется делать, как вы считаете?
Миссис Браун смотрела растерянно и пробормотала:
— Продать, леди Майер. Вам останется продать что-то, чтобы сохранить оставшуюся часть. И постараться вытянуть поместье из этой ямы.
Я согласно кивнула и жёстко продолжила:
— Вот именно поэтому, миссис Браун, мы с вами будем делать то, что выгодно нам. Если один из попечителей решится с нами попрощаться, думаю, мы повлиять на это решение не сможем.
Миссис Браун проворчала, шагая в ногу со мной:
— Зато вы поймёте, кто, скорее всего, и натворил здесь дел.
Я остановилась, сразу не поняв, что та имела в виду, а сообразив, высказала своё мнение:
