Это случилось накануне моего дня рождения, Шеран растолкал меня ночью, комната была наполнена густым дымом, соображала я плохо, дико хотелось спать, встать самостоятельно я не могла. Шеран взял меня на руки, вылетел в открытое окно, бросил на клумбу с почти засохшими незабудками, и бросился обратно в дом. Я сидела на клумбе и смотрела, как пылает мой дом. Дом, в котором остались мои спящие родители, нянюшка, слуги, дом в который вернулся Шеран. От ужаса я не могла пошевелиться и даже закричать, вокруг начали собираться люди. Деревенские пытались потушить, они таскали воду из колодца, спрашивали меня, трясли, приводя в чувства. Я не могла отвечать, чувствуя, как задыхаюсь в беззвучном крике и не могу пошевелиться, чтобы броситься вслед за Шераном в пылающую ферму. Крыша рухнула со страшным треском, отправив в небо сноп искр. Кто-то меня обнимал, что-то говорил, я не слышала и не видела ничего, кроме пылающего дома и рухнувшей крыши. Мая жена нашего скотника увела меня в свой маленький домик, стоящий отдельно от большого дома. Мая была вся в золе, лицо, платье, руки, они обнимала меня, пыталась напоить, удержать кричала что-то своему мужу. Я не слушала, пыталась вырваться, хотела идти искать родителей и ворона, не знаю, сколько я билась в истерике, но в какой-то момент провались во тьму.
– Аирия малышка проснись, – голос Ирика ворвался в сознание, вырывая меня из спасительной тьмы.
– Ирик, – открыв глаза, я увидела, что лицо моего брата покрыто сажей и копотью, зародившаяся было надежда на то, что это был страшный сон, растаяла, боль и отчаяние накатили с новой силой, – мама? Папа?
– Мне так жаль малышка, – Ирик сел рядом на кровать, покрытую лоскутным одеялом и, сграбастав меня в охапку, притянул к себе на колени. А потом мы плакали вместе, он, уткнувшись в мое плече и не скрывая слез, пришли близнецы и сев рядом обняли нас с обеих сторон. Мая и ее муж тихо вышли за дверь. Не знаю сколько времени мы так просидели, мне показалось, прошло всего несколько минут, я боялась того момента, когда они выпустят меня из своих рук.
– Ребята я понимаю ваше горе. – Тихий, но настойчивый голос Рэя Дэ Омерон и мальчики встрепенулись, правда Ирик так и не выпустил меня из своих рук, а я поспешила уткнуться ему в плечо и не смотреть Рэю в глаза, – но сейчас прибудут маги, нам нужно прояснить кое-что прежде чем они будут здесь.
– Мы готовы, что нужно сделать?
– У меня вопросы к твоей сестре Ирислав. Леди Аирия люди говорят, что вас из огня вынес мужчина, вылетел из окна вашей спальни, бросил вас на клумбу и снова влетел в дом.
– Так и есть господин Дэ Омерон, это был Шеран Тэр Клайс. – Мне почему-то казалось, что я должна сказать часть правды в память о смелом маге, который спас меня, пытался спасти моих родителей и погиб вместе с моим домом, – вы можете сердиться на меня, но он хороший, я тогда всех обманула и помогла ему бежать. Он меня не похищал. Прощения за свой обман просить не буду, потому что считаю, что была права. Дядя Манрок злой человек, он меня ненавидит, и к моему папе плохо относился. Шеран мне помогал, учил, мы были друзьями. Сегодня ночью он был в нашем доме, когда начался пожар, он меня разбудил, в комнате стоял такой густой черный дым, что было больно дышать и глаза щипало. Шеран вынес меня в окно, он умеет летать, бросил на клумбу и вернулся в дом, хотел разбудить родителей. Я надеялась, что он сумеет их вывести, он же маг, но крыша рухнула почти сразу. Никто не сумел бы спастись.
Рэй слушал, молча не перебивая. Я рассказывала, но не смотрела ему в глаза.
– Вы понимаете, что об этом нельзя рассказывать магам. Ваших братьев могут обвинить в соучастии в краже и у вас у всех будут большие проблемы.
– Я не дура, я все понимаю. Шеран отзывался о вас как о человеке умном и благородном, хотя и очень опасном. Я ему верю. Скажите, что я могу сказать магам, и я сделаю так, как вы скажете.
– Не думаю, что ей вообще стоит говорить с магами, – заметил Ирик, – Рэй я сам все расскажу, я буду говорить от ее лица. Я уже совершеннолетний и могу взять на себя опеку над ней и братьями. Без моего согласия никто не имеет права ее допрашивать.
– Все гораздо серьезнее Ирислав, в доме перед пожаром свершилось колдовство. Черный дым, что щипал глаза твоей сестры не что иное как туман Вилая. – Рэй говорил мягко, но уверенно, он сочувствовал нашему горю и искренне хотел помочь.
Ирик выругался сквозь зубы.
– Что такое туман Вилая? – спросил Сандр, украдкой смахивая слезы.
– Дурман отнимает все чувства. Наши родители ничего не видели и не слышали, они не проснулись, когда начался пожар, и не имели не малейшего шанса спастись.
– Тогда почему не уснул Шеран, и как ему удалось разбудить Аирию?
– Ядовитый скин, – пояснила я брату, – такая маленькая синяя поганка, Шеран заставлял меня, есть ее пепел. Говорил, на меня не будут действовать яды и привороты, сам он тоже его ел. Жуткая дрянь, на зубах скрипит как песок.
