Несмотря на слова морской ведьмы, я верю в любовь – просто я никогда не испытывала романтических чувств. Но все же я знаю сердце Алии как свое собственное. Я знаю, что ее любовь сильная. Нанести Николасу удар ножом – душераздирающий для сестры поступок. Хотя сделать это, когда он лежит рядом со своей молодой женой, боюсь, еще хуже.
Но опять же – у нас нет выбора. Когда солнце взойдет завтра, король должен умереть. Или умрет Алия.
Я делаю глубокий вдох перед зеркалом в комнате Алии. На мне человеческое платье синего цвета Хаунештада, стянутое ломающим ребра корсетом. Все это нам подарили хозяева замка. Я могла бы просто сойти за очередное украшение. Нож все еще спрятан на моей груди. Тонкий прохладный коралл прижимается к коже. Семена рикифьора лежат в мешочке на пояснице.
Алия одета так же, как я. Однако свое разбитое сердце она носит в поникших плечах, поджатых губах, опущенных глазах. Даже ее волосы словно тянутся к земле. Волнистые локоны безжизненно лежат на спине.
– Нам нужно пойти на свадьбу, – умоляю я сестру. – Если нас там не будет, возникнет слишком много вопросов.
Алия преувеличенно пожимает плечами и падает на кровать. Девушка полностью одета только благодаря служанкам, приставленным к каждой из гостевых комнат. Ее руки подлетают в потоке раздраженных жестов. Перевод не требуется.
– Нет. Нет. Если – когда – мы преуспеем, ты будешь все еще на суше. А когда исчезнешь, то точно станешь подозреваемой.
– Ты шутишь? Ты вообще слушала что-нибудь на наших уроках? Никто не боится покорную женщину, объект танцев. Но как только ее отвергают… Она невероятная опасность для себя и других.
Алия снова наигранно пожимает плечами, сидя на кровати.
– Они увидят девушку, которая настолько влюблена в короля, что решила: раз ей не удается получить его, то и никто не получит. Ты станешь главной подозреваемой.
– Прожить остаток своих дней в бегах – не победа. – Я сажусь рядом с ней. – Нам нужно убедиться, что ты в безопасности.
Наконец Алия не пожимает плечами. Но и никак не реагирует – только закрывает глаза.
Я опускаю руку ей на ногу.
– Что ты хочешь делать, когда станешь человеком?
Я жду, что она снова пожмет плечами. Возможно, снова станет бормотать о том, что жизнь без Николаса не имеет смысла. Вместо этого сестра приподнимается на локтях и облокачивается на изголовье, освобождая руки.
Она снова делает знак «
Через минуту я понимаю.
Алия желает стать могущественной ведьмой. Под водой она девятая дочь короля. Та, которую можно выдать замуж ради союза, как Софи. Она хочет стать свободной. Чтобы ее магия процветала в месте, которое постоянно лишали силы в течение сотни лет: король – охотник на ведьм, Санкт Ханс Афтен, сжигания, утопления, изгнания. В каждой капле морской воды есть магия, а на суше почти ничего. Она могла бы это изменить.
Я улыбаюсь сестре.
– Да, ты станешь великой ведьмой. Но для этого нам нужно выжить.
У меня не хватает духу спросить Алию: пыталась ли она творить магию без голоса? Увидеть, влияет ли это на нее. И вообще, способна ли она это сделать. А еще мне не хватает духу напомнить ей, что Аннамэтти потеряла свою магию, как только снова полностью стала человеком. Хотя, возможно, это скорее вызвано тем, что в ее настоящем человеческом облике Анна никогда не была ведьмой. Силы русалок не принадлежали ей.
Алия делает глубокий вдох и спускает ноги с кровати. Она готова идти.
Наконец-то. Мы опаздываем.
Быстро проходим по пустым коридорам. Все гости уже, конечно, собрались на берегу. Алия указывает на маленький коридор, по которому можно срезать путь во двор. И тут раздается голос.
– Мне не… Мне не нужно. Это необязательно. Ты слышала отца, все уже решено…
Ей отвечает голос другой девушки.
– Дорогая, они все ждут тебя. – По твердым согласным девушки я понимаю: это Агната, одна из хофдам Софи. Мы сидели напротив друг друга на девичнике вчера. – Ты не можешь их разочаровать.
– Людям все равно, женится ли он на мне или на ком-то другом. В действительности, может, даже лучше, если я не появлюсь. Тогда это станет лишь финансовой транзакцией.
Алия встречается со мной взглядом. Внезапно ее глаза наполняются радостью. На губах сестры очень человеческий вопрос:
