А потом я хватаю дым за горло и пишу свое сообщение. Шепчу
А потом я готовлюсь как к встрече с ее отцом, так и с кольцом Ника.
Говорят, каждая капля воды утекает в море. Но в Хаунештаде в этот момент все люди стекаются к морю в нескончаемом потоке.
Наш автомобиль направляется против течения – вверх по извилистым улицам. Мужчины, женщины, дети, ослы, козы и собаки бегают между домами, магазинами, дворами в городе. Люди бредут по мостовой с потрясенными лицами и направляются в гавань. К языкам пламени, которые вылизывают тучи, только что освещенные огненным шаром.
Я говорю себе, что мы только что спасли жизни – такие же, как те, что бегут мимо нас, но просто в другом месте.
Может, это и их спасет. Уилл был прав, когда сказал, что у войны нет границ – нейтралитет не щит. Это лишь заявление, которое легко проигнорировать.
Только когда поток людей заканчивается и мы оказываемся одни в шуме мотора на открытой дороге над Переходом Лиль Бьерг, я позволяю себе расслабиться.
– Эй, – обращаюсь я к Уиллу. Его руки лежат на руле. Парень делает все возможное, чтобы ехать по дороге. Колеса подскакивают на выбоинах и кочках мостовой, предназначенной для подошв сапог и подков. Я облокачиваюсь рукой о плечо Уилла и наклоняюсь к нему. Когда он поворачивается, я награждаю его широкой ухмылкой. – Мы это сделали, Уильям Йенсен.
Он улыбается в ответ.
– Мы это сделали.
По его щекам быстро расползается румянец. Уилл смотрит на дорогу. Потом его взгляд возвращается ко мне. Мне хочется, чтобы он всегда возвращался.
Я наклоняюсь ниже. Меня тянет к нему – такому теплому, настоящему и возбужденному успехом.
Уилл так близко, что можно его поцеловать. По-настоящему. Не просто в щеку.
Над оставшейся щетиной его губы такие же розовые, как и щеки. Эта комбинация придает глазам парня еще большую голубизну, словно мелководью в летние дни и…
– Останови машину, Уилл! Я хочу посмотреть. Вы это видите? Отсюда такой прекрасный вид!
Я отстраняюсь, а Софи разворачивается – она явно наблюдала за пламенем.
– Сомневаюсь, что это хорошая идея, Соф. – Голос Уилла мягкий, но строгий. – Агната подставила нас – как только эти люди очнутся, тот, что встречался с ней около убежища, поведет их прямо туда. Нужно обогнать их.
Он прав, хотя мы заслуживаем права посмотреть. Я не могу поспорить с его логикой – как, судя по всему, и Софи.
– Ладно, хорошо. Ты прав. Я просто хотела насладиться видом, – надувает губки Софи.
– На мой взгляд, ты сможешь насладиться видом и с заднего сиденья, – замечает Уилл. – Как насчет того, чтобы следить, никто ли нас не преследует, раз ты все равно туда смотришь?
– Ладно. Но если вы поцелуетесь, я все равно увижу это, даже если отвернусь. У меня есть глаза на затылке.
Мостовая заканчивается. Начинается немощеная дорога из утрамбованной земли. Колеса вращаются под нами мягче. Радость от управления автомобилем возвращается на лицо Уилла. Он улыбается.
– Посмотрим, как быстро может ехать эта малышка.
Пару движений рычагов и ног – и вот мы уже едем в два раза быстрее, несясь вниз по холму. В лицо бьет ветер. Софи разворачивается, придерживая спящую Агнату на коленях. Мы спускаемся с холма в долину. Под серым небом раскидываются зеленые пастбища.
Моя рука подлетает к голове, удерживая шапку. Но слишком поздно я понимаю: шапка Уилла в опасности. Ветер забирает ее. Софи пытается поймать вещицу, но в процессе теряет и свою. Шляпы улетают в сторону пастбища, покрытого пятнами в виде спящих коров.
Мы решаем спрятать машину в маленькой пещере, вырезанной морем в утесе на берегу. Уилл пристегивает мягкую крышу к раме и отходит, явно без радости.
– Соленая вода повредит ее двигателю.
– О небеса, Уилл, – стонет Софи, – только не говори, что ты дал машине имя.
Его щеки розовеют. Юноша хмурится.
– Фрейя заслуживает лучшего, чем эта пещера.
Софи закатывает глаза.
– А где ты хотел припарковать Фрейю? На пляже, где ее легко стащат? Или, может, прямо перед домом Катрин – чтобы у охраны была большая и жирная зацепка в виде Фрейи?
Уилл хмурится. Я хватаю Софи за руку, чтобы помешать ей продолжить речь. Нам нельзя тратить время. Софи повинуется. Мы с ней надеваем рюкзаки и берем дополнительные пары сапог для коллекции Катрин. В это время Уилл перекидывает Агнату через плечо. Она все еще связана. Мы вернули на место кляп на случай, если девушка проснется и начнет кричать.
Пещера Фрейи где-то в миле от убежища. Совсем недалеко, но не идеально – учитывая, что нам все еще приходится тащить Агнату. Мы идем молча. Тучи словно припали к земле. Молнии приближающегося шторма пронзают воду в проливе Эресунн. Этого достаточно, чтобы мы ускорили шаг без лишних слов.
Я наблюдаю за сапогами Уилла впереди меня, пока мы идем дальше. Осталось пройти еще чуть-чуть. Мы стараемся не думать о будущем. Конечно, придется снова сбегать, ведь убежище раскрыто. Ни один из нас не может вернуться домой. Мы способны лишь идти вперед. В следующее убежище. На следующую миссию.
