Натали тоже прилегла, не раздеваясь, поверх лоскутного одеяла, пообещав себе полчасика покоя, но в тепле и темноте жилого отсека ею завладели тревожные сновидения. Ей снилось, что она не спит, что дверь отодвигается и входит Игрейна, а потом — Брюс, но снаружи его окликает Мари, и голос у неё капризный и недовольный. Сын мнётся на пороге, покуда мать не позволяет, почти приказывает ему идти. Вместо него появляется кто-то высокий, чьи плечи загораживают весь свет, проникающий снаружи. Рубен? Он ведь на самом деле не… доспехи оказались пустыми… Или Норм? Стоит, смотрит, что-то там думает. Она ведь, в сущности, не возражает, если кто-нибудь просто посидит с ней сейчас, разделит её одиночество и таким тоном скажет, что всё будет хорошо, чтобы она поверила… и совсем неплохо, если это окажется мужчина. Но вот тут она не поверила и проснулась: никогда Норм не сунется к ней на порог после того, как Кирилл расставил нужные акценты. На территории Кирилла. Под бдящим взором Кирилла. Это между нами… убито. Да и времени нет. И настроения.
Кирилл торопился: «Балерина» разгонялась в форсированном режиме, и это чувствовалось невзирая на все усилия гравигенератора, исправно создававшего стандартное противополе для компенсации перегрузки. Казалось, будто векторы борются прямо в ней, в Натали: кто главнее, причём с переменным успехом. Чувствуя подобное в районе желудка, лучше всего полежать. Старенькая она уже, «Балерина». Кир и отхватил-то её по списании. Технологии, способной уменьшать гравитацию, не существует: пилоты маленьких истребителей заворачиваются в губчатый кокон-компенсатор и лежат в ложементах практически неподвижно, но на крупных кораблях персонал должен быть активен и в бою, и на марше, невзирая ни на какие манёвры. По счастью, нынче всё, что крупнее эсминца, оснащено собственным генератором, способным при необходимости создать вектор гравитации противоположного направления. Эффекторы, между которыми наводится поле, вмонтированы в пол, потолок и стены каждого отсека. Фоновая настройка общая, с пилотского пульта, автоматика следит, чтобы перегрузка была в допустимых пределах, но дублирующие системы имеются в каждом автономном отсеке, входят в стандартный блок климат-контроля: в принципе, в каждом из них можно выставить настройки по своему вкусу.
На туристических лайнерах настройкой климат-контроля салона ведают стюардессы. Это не сложнее микроволновой печки.
Должно быть, она сама не закрыла дверь. В щель просачивался звук неразборчивого разговора, а неприятный металлический привкус во рту сообщал, что проспала она дольше, чем собиралась. Нехороший привкус. Надо провериться у врача, когда это всё закончится. Если это всё когда-нибудь закончится. Натали с усилием села, затем поднялась с чувством ломоты во всём теле. Случись такое состояние дома, она предпочла бы его перележать. Сейчас же только душ поможет.
Они что-то обсуждали и смолкли, стоило ей войти.
— Сколько, — спросила Натали, — осталось?
— Полтора часа, — ответил Кирилл.
— Вы скажете мне, что тут будет происходить?
Она подошла к диванчику с намерением сесть и не сдвинуться с места, пока её не посвятят в детали плана, но диванчик оказался занят. На нём разлёгся вакуумный спецкостюм: шар-шлем из поляризованного пластика, комбинезон из фастпрена, оказавшийся неожиданно тонким и лёгким. Выполненные заодно с костюмом ботинки с присосами. Панель управления на правом бедре. На левом — кобура. Отдельно был выложен рабочий пояс с резаком и бухтой троса с «кошкой».
— Я думала, он больше и тяжелее.
— Большие — это скафандры высокой защиты. Они настолько тяжелы, что без гидроусилителей в них невозможно двигаться. Рабочий скафандр — это то, что надо, чтобы перейти с одного корабля на другой,
Натали сдвинула скафандр в сторону и села, сложив руки на коленях. Едва ли она осознавала, что унаследовала одну из любимых поз Игрейны.
— Итак? Поделитесь планом или предоставите мне бессмысленно метаться, засыпая вас несвоевременными вопросами?
Мужчины неуверенно переглянулись.
— Я знаю, что делать с крейсером, — сказал Кирилл. А Норм уверяет, будто знает, что делать с командой.
— А я? Где я могу принести пользу? Здесь или, может быть, там?
Ещё один обмен взглядами, полными сомнения.
— Или, может, монетку кинете, у кого мне путаться под ногами?
— А сами-то вы, — осторожно поинтересовался Кирилл, — к какому варианту склоняетесь?
— Я хочу к сыну.
Кирилл чуть заметно пожал плечами.
— Сколько у нас скафандров?
— Ну у меня ещё есть рабочий, — хмуро сказал Кирилл. — Только он оранжевый.
— В таком случае лучше мадам пойти со мной.
Император вздохнул:
— Я сомневаюсь в этом варианте. Правда, и в том тоже.
— Если тут пойдёт не так, — разъяснил Норм, — тут будут вакуум и огонь, с ними не договоришься.
— Да будет вам! — возмутился Кирилл. — Шлюз-то вон он, и катер есть…
— Я говорю про не так, — с монотонной настойчивостью задавил его Норм. — Всё так, если вы в состоянии воспользоваться шлюзом и катером. А пираты МакДиармида всё ж люди. Шансы договориться есть. Переодевайтесь, мэм.
