Последнее время, как ему показалось, Ивице нездоровилось. У Божидара в голове мелькнула мысль. – «В горах слишком сырой климат. У моря ей будет значительно лучше». Впрочем, об этом не то, что говорить, но и думать было рано. Он и для себя самого пока ничего не решил. Приезжая, Божидар всегда что-нибудь привозил Ивице в подарок. Вот и сейчас он подарил ей красивую бижутерию. Вещь была не дорогой, но изысканной и произвела на нее впечатление. Как всякая молодая женщина, Ивица искренне радовалась этой блестящей побрякушке, но особенно ей было приятно, что он вспомнил о ней, находясь далеко от нее, от их гор, от их селения. «Надо бы в России купить теплый платок». – Решил про себя он, аккуратно закрывая входную дверь дома.
Видавший виды, довольно потрепанный, 1968 года выпуска джип Crauzer, стояла поодаль, метрах в пятидесяти между домом Ивицы и церковью. Сразу за дорогой начинались густые кусты, затем молодняк и только потом, вверх по склону горы рос настоящий хвойный лес. Божидар бросил взгляд в сторону леса. Ему показалось, что там, впереди, в кустах что-то блеснуло, отражая бледный, только нарождающийся рассвет. «Наверно, какой-то лесной зверь в поисках пищи вышел поближе к домам». – Подумал он и неспешно направился к автомобилю. В этот момент дождь почти стих, утро обещало хороший день.
Подойдя к автомобилю, Божидар открыл дверцу джипа и забросил на сидение свою сумку. Потом еще раз повернулся посмотреть на окна дома. Света не было видно. «Значит, она спит». – Подумал он. Ему вдруг захотелось вернуться обратно к Ивице, лечь рядом с ней в теплую постель, ощутить запах ее кожи, погладить разбросанные на подушке черные волосы, а потом целовать ее смуглые щеки, едва открывающиеся, после сна глаза, и горячие, чувственные губы. Однако надо было ехать. Божидар медлил, и прежде чем садиться в машину, рукой ощупал образок со святым Георгием, который Ивица одела ему на грудь. «Конечно, я должен, как и обещал, вернуться». – Решил он и, привычным движением взявшись рукой за открытую дверь автомобиля, сделал резкое движение вверх, чтобы подняться на подножку джипа, а затем уехать, увозя с собой отснятые документальные материалы. В этот миг, одновременно с его движением, раздался хлопок.
«Снайпер» – Последнее, что пронеслось в его угасающем от боли сознании. От удара пули тело Божидара бесшумно рухнуло со ступеньки джипа на каменистую, мокрую почву.
Звук хлопка оказался настолько слабым, что даже все еще с ночи дремавшие на крыше церкви черные вороны, лишь слегка обеспокоившись, сначала прыжками стали передвигаться по наклонной черепице и только потом уже поднявшись в воздух, громко закаркали. В этот момент отец Гойко, находясь в своей маленькой спальне, которую он с улыбкой называл кельей, лежа в постели услышал хлопок. К старости у многих людей непонятно по каким причинам обостряется слух. Однако старик решил, что это звук от надломившегося под дождем старого дерева, которое, наконец, обрело покой на холодной, поросшей мхом, каменистой земле. До начала утренней службы еще было время. Священник не спал по привычке. Побаливала спина, давало о себе знать ушибленное в начале лета правое колено, да и воспоминания о прошедших годах, словно растревоженные пчелы, бередили душу, не давая спать в этот утренний час. Отец Гойко повернулся на правый бок и, чтобы снова уснуть, стал про себя читать молитву. За окном начинало сереть.
Все последующие дни продолжали течь без особых изменений. В связи с работой на разные издательства Корневу приходилось часто проводить дни и ночи в поездах, ночевать прямо в редакциях, на угловом диване. Николь не звонила. «Слишком занята», – успокаивая себя, старался думать он, хотя на душе почему-то было не спокойно. В тот день, ранним утром, Андрей еще спал, когда раздался долгожданный звонок. Однако это была не Николь.
– Это Андрей Корнев? – Слышимость была очень хорошей. Голос был совершенно чужой. – Я директор оркестра, в котором Николь работает. Мы сейчас на гастролях в Южной Корее. Уже три дня, как Николь исчезла. Не приложим ума, что могло с ней произойти? Обращение в полицию пока никаких результатов не дало. Есть сведения, что похожая женщина по ее паспорту вылетела из Сеула в Европу. Точнее в Париж. Мы решили позвонить Вам, потому как в номере она оставила записку. Сейчас я Вам ее прочту. – В трубке возникла пауза, было слышно шуршание бумаги. – Вы меня слушаете? Написано наспех. «Меня искать не надо». Все. В номере на столике лежала раскрытая записная книжка Николь. Там было написано: «Позвонить Андрею». Как нам известно, другого Андрея у нее среди знакомых нет. К тому же в книжке есть Ваш номер телефона. – Абонент замолчал, видимо, ожидая реакции. Несколько успокоившись, добавил. – Может быть, она Вам звонила? Вы извините, я, наверное, звоню очень рано. Сколько у Вас сейчас времени?
На часах стрелки показывали половину шестого.
