– И вот пока я ей читал о сотворении мира и об исходах перворожденных, все было спокойно, а как дошел до войны повелителей вещей, она так и подскочила! – продолжал Торик. – Там как раз было сказано, что со времен великой войны, когда были разгромлены повелители вещей, остались места, где они жили или делали что-то, не знаю.
Но торжество омрачено –
Им рампер вновь открыл окно,
И вознеслись по небу к звездам
Покинув мир, остатки грозных.
Но след их страшный в мире есть –
Не каждого настигла месть.
Черны глаза потомков их,
И кудри черные у них.
Их кладом осквернен простор
В долине возле Синих Гор!
Возле Синих гор – это значит здесь или где-то совсем рядом! Конечно, клад может оказаться чем угодно, домом, сундуком с драгоценными украшениями… И что там за рампер открыл окно? Не тот же рампер, что они с Мадором нашли, мог отправить на Нимелор последних повелителей вещей? Но удар двурогого оружия о Голый камень вызвал к жизни источник мыслесилы, может быть, в стихах говорится о том, что добытой мыслесилой зарядили звездные корабли? Но клад мог быть и звездным кораблем, и кристаллами управления или хотя бы устройством связи! И если Геранд разберется, он сможет дать знать на Нимелор, что они живы! А там можно будет и поискать другие звездные корабли, и может быть, вернуться, и в жизни Геранда снова будут и родной дом на песчаном берегу, и маяки в тумане, и розовое море, и даже выпускной трактат… Он должен найти этот клад!
–Где эта долина? – заговорил Геранд, от волнения с трудом подбирая слова.
– Вон там, на севере, – махнул крылом Торик. – Но там ничего не видно! Я, когда маленький был, там тысячу раз пролетал! Я тебе покажу! Может быть, ты этот клад и найдешь, раз его твои родственники закопали! И я тоже с тобой полечу – мне это нужно увидеть, чтобы рассказать в своей собственной летописи! Но главное, княгиня Лидора хочет сама найти этот клад, то есть оружие, чтобы отвоевать у Рошаеля богатое Нагорье или у Сегдета что-нибудь! И она пошлет сюда кого-то или сама приедет искать!
Геранд увидел, как разом побледнело и осунулось круглое лицо Сафи, как округлились прозрачные глаза и скривились губы. Она сейчас заплачет! Да и Шестирукий озадаченно сдвинул седые брови и поджал губы в мрачном раздумье. Так, надо сначала разобраться. Нет, он должен защитить от жадности пилейской княгини не только сокровища своих предков, но и жителей Синих Гор. Другого выхода у него нет. Лидора, которая уже подсылала сюда убийц, обязательно пришлет кого-то еще, чтобы найти клад. Кстати, что это слышно там, вдали?
Похоже, камень-усилитель в серьге уже отчасти восстановил свою силу. Геранд почувствовал едва заметную дрожь земли под ногами, сквозь шелест листьев пробился легкий шум и тут же превратился в отчетливые голоса. Говорили на пилейском языке. Он понимал не все, но часть слов удалось разобрать. «…Синие Горы… Доложи воеводе Гошару… Сейчас на стоянку и отдыхать…». Скрип седел, стук когтей, шарканье хвостов по дороге и негромкое рычание дополняли слова – кто-то ехал на ящерах, на Живом Огне ящеров можно услышать издалека не хуже, чем на Нимелоре. И их там не меньше двух десятков. Похоже, сюда идет какой-то отряд – неужели люди местной княгини уже едут за наследством его предков? Но тогда надо готовиться их встретить!
– Что там, уже едет кто-то? – услышал он голос Торика.
– Военный отряд на ящерах, – собственный голос, и без того громкий, усиленный камнем, отдался в ушах грохотом. Пожалуй, не надо закрывать крышку, сейчас может понадобиться много мыслесилы и усиление не помешает.
– Пустите, я уже долго просидел! Я посмотрю, кто это! – летун выскользнул из рук дракона, взмахнул крыльями и рванулся вверх. Круг над крышей дома-башенки, взлет свечкой над черной кроной самого высокого дерева во дворе – и вдруг беспомощные хлопки крыльями, странный кувырок в воздухе… Да он же едва держится! Торик, тяжело хлопая крыльями, опустился на траву рядом с драконом, но тут же, не переводя дыхания затараторил.
– Это Гошар едет за кладом повелителей вещей! Наверное, увидел деревню, усадьбу и хочет остановиться… Ой, я дурак! – завопил он еще громче, со звонким шлепком хлопая себя по лбу. – Самое главное я же не рассказал! Гошар же едет за кладом не просто так, а чтобы сначала жениться на ее княжеской светлости Сафиане! Чтобы завладеть Синими Горами законно, а потом все приданое на себя перевести, а потом….ой!
Торик зажал себе рот рукой, но Геранд уже понял, к чему он вел. И Сафи поняла, иначе не побледнела бы до синевы, прижав руки к груди, и не налились бы слезами снова ее ясные глаза!
– Тихо, Сафи, что это такое? Полное отсутствие самообладания и рассудительности! – заворчал старый мыследей, обнимая и встряхивая девушку за плечи. – Если это и впрямь сватовство, то последнее слово по закону Пилея будет за мной, старшим родственником и опекуном, и ты понимаешь, что я никогда…
Вокруг Геранда закружилась пыль и камешки, серьга закачалась в ухе. Он не позволит!
