«Королю драконов Пеору от Князя-под-горой Дариона Нагорно-Рошаельского, – начал писать Дарион. Драконы расчетливы, значит, надо убедить Пеора в том, что помощь будет выгодна ему самому. – Появление летучих созданий, называемых живоглотами, представляет опасность для вверенного тебе судьбой государства, поэтому я предлагаю тебе помощь на границе Нагорного Рошаеля и Пилея. Отряд драконов в пятьдесят огней сможет истребить живоглотов, не тратя лишних сил и избежав потерь, если войско и жители Нагорного Рошаеля не дадут нашим общим врагам возможности садиться, есть и отдыхать. Сила мыследеяния поможет мне удержать живоглотов в воздухе, и если твое королевское величество не упустит возможности одержать победу малыми усилиями, мир будет избавлен от нечисти. Князь-под-горой Дарион Нагорно-Рошаельский».
Готово! Но чтобы эти выгоды появились на самом деле, надо действовать быстро. Дарион повернулся к своему воинству.
– Слушать меня! Диго, собери деревенских пятьдесят человек, и чтобы каждый принес десять локтей веревки. А кто у реки живет, пусть вентерь принесет, каким рыбу ловят, их надо десяток! Рейт, веди сюда половину отряда ополчения! Вторая половина пусть останется в Нагорной! Торик, неси письмо к королю Пеору!
– Будет сделано, твоя светлость! Лечу по всем ветрам! – и летун мгновенно исчез. Дарион оглянулся, Нарика стояла рядом.
– А ты, красивая, пойдешь со мной под гору!
И снова черные своды над головой, и желтая вязкая жижа под ногами, и уже неважно, какую силу их мысли разбудят в подземных ходах! Дарион вытаскивал мыслесилой из грязи голубые камни, а Нарика собирала их в подол юбки. Пять камней, десять, пятнадцать, надо не меньше пятидесяти, чтобы на каждого человека пришлась сила одного камня. А что надо петь, чтобы отогнать кожаных живоглотов? Успокаивающие заклинания не годятся – тогда живоглоты спокойно сядут в Нагорном Рошаеле, и ополчение Нагорной крепости со всеми не справится… Тридцать пять камней, а вот и еще три… Может быть, живоглотов напугать? Как большинство глупцов, живоглоты плохо подчиняются внушению, значит, надо петь что-то громкое, придающее уверенности людям и пугающее врага. Да, так они и сделают! Дарион подхватил мыслью сразу три камня и откинул их на сухое место.
– Сколько всего?
– Сорок четыре, – услышал он голос Нарики. Камней было уже так много, что она стояла, наклонившись вперед, но и при этом короткая деревенская юбка открывала стройные, крепкие ноги выше колен. Красавица! И как смотрит – будто в огонь для него прыгнуть готова или к живоглотам в эти их … Нет-нет, об этом даже думать нельзя! Оставить бы ее здесь, подальше от живоглотов и сражения, да только она все равно убежит его спасать! И неизвестно, где будет безопаснее – под горой могут быть любые неожиданности. Нет, она пойдет с ним наверх – но не в таком виде, чтобы каждый деревенский дурень таращил на нее глаза, да и юбка вот-вот порвется под тяжестью камней. Дарион скинул с себя кафтан, завязав рукава, они пересыпали камни в него и вдвоем понесли наверх.
Туча живоглотов становилась все больше и темнее, она мерцала золотистыми отблесками, закрывая половину неба. Из ворот Нагорной крепости Рейт уже вел ополченцев с оружием. Диго тащил за рог серого многонога, запряженного в телегу с наваленными на нее мешками и веревками, а за ней двигалась шумная толпа напуганных деревенских жителей.
– Бояться нечего, Князь-под-горой знает, что делать… – услышал Дарион голос шустрого ополченца. Хорошо ему говорить, на самом деле о живоглотах Дарион ничего не знал. Но чтобы хорошо внушать, каждый из этих людей должен быть спокоен и уверен в победе, а значит, как бы ни было скверно на душе, надо принять уверенный вид, говорить твердо, смотреть смело – и вперед! Все-таки он – Князь-под-горой!
И вот уже напуганные люди ободрились, выслушали все объяснения, и связывают все веревки в одну сеть, привязывают к ее узлам рыбные вентери, а в эти сетчатые ловушки для рыбы Дарион бросает ярко блестящие голубые камни. Интересно, почему они так сверкают только на свету? И что это значит? Камень тратит свою силу при свете или, наоборот, вбирает в себя силу от света? Но об этом он подумает, когда в Нагорном Рошаеле не останется ни одного живоглота. Ну, вот и сеть готова.
– Отряд, ко мне! Хозяева, сюда! Всем слушать и выполнять приказ!
Рейт и его подчиненные выстроились перед Князем-под-горой, деревенские жители сбились толпой за их спинами. Туча живоглотов уже начала снижаться. Драконов не было, но это было уже неважно – надо действовать как можно скорее, ни на кого не надеясь.
– Все, у кого нет оружия, держитесь за камни, лежащие в вентерях или за руки тех, кто за них держится. Только так передастся мыслесила. По моей команде все разом начинаете петь «Горский поход» и сосредоточите мысли на том, что мы сильнее живоглотов. Кто при оружии – защищаете поющих. Вперед!
– Враг навстречу, дом за нами,
Пыль да камень под ногами,
Мы идем в поход. –
запел Дарион. Песня старая, помнят ли ее? Но отряд дружно подхватил песню, а жители деревни запели, хоть и не в лад, но громко.
