– Слушай меня, мужик, – неожиданно вспылил я, – что ты всё подсматриваешь да подслушиваешь? Тебе самому это не противно? Пришли мы с тобой сюда, выпили, посидели, но зачем душу бередить? Хочешь, телевизор включу – футбол посмотрим или КВН какой-нибудь?
Наступила тягостная пауза, во время которой мой собутыльник по инерции доел салат, молча разлил остатки водки по рюмкам и только после этого поднял на меня глаза:
– Значит, так, Игорь, послушай меня внимательно и не перебивай. И в самом деле, хватит играть в какие-то игры с переодеваниями и выдавать себя за какого-то убогого парнишку с улицы. Мне поручено следить за тобой с того самого момента, как к тебе пришёл человек из конторы, и с ним появилась эта женщина. Мы за ними следим уже давно…
– Кто мы? «Моссад»?
– Нет. «Моссад» работает только за границей, мог бы это уже усвоить. А мы – ну, скажем так, параллельная структура, которая занимается поиском внутреннего врага и пресекает любые попытки шпионажа.
– Ого, как громко! – Я всё ещё ему не доверял. – Опять шутишь? Прямо-таки Джеймс Бонд местного разлива! И кого, простите, вы у меня дома ловите? Агентов новозеландской разведки? А ты, значит, не успел ещё в страну приехать и иврит выучить, а уже в спецслужбу взяли? Смешно!
Евгений слушал молча и не перебивал, потом отодвинул от себя банку с салатом и недопитую рюмку и встал из-за стола.
– Выговорился? – Он даже как-то сразу изменился и больше не напоминал убогого и боящегося собственной тени репатрианта, за которого всё это время выдавал себя передо мной. – Теперь, Игорь, послушай меня. Или лучше отложить разговор до утра, когда окончательно протрезвеешь?
– Я уже протрезвел! – буркнул я обиженно. – Трави свои байки.
Он не обратил внимания на явную грубость, лишь неторопливо вытащил сигарету, прикурил и начал говорить совсем уже по-другому, не так, как раньше:
– За людьми, которые появились около тебя совсем недавно, наша служба наблюдает уже довольно продолжительное время. Задолго до того, как они вышли на тебя с информацией по Зенкевичу. Они же себя, не скрывая, выдали за представителей российской ФСБ, так?
– Так, и у меня нет причин им не верить, потому что…
– Потому что они выдали тебе совершенно секретную информацию о твоём сотрудничестве с ними много-много лет назад?
– Да, – сразу покраснел я, – и это действительно совершенно секретная информация, которую посторонние знать не могли. Они сами при нашем расставании обязались хранить её так, чтобы никто никогда об этом не узнал.
– Ты в этом уверен? – усмехнулся Евгений. – Наверное, раньше так и было. А сегодня всё становится предметом купли-продажи. Особенно поводки, за которые можно дёргать спящих собачек… Короче говоря, у нас сегодня нет полной уверенности, что это люди именно из ФСБ, но то, что они каким-то боком с ФСБ соприкасались, нет сомнений. Трудно это представить, но так оно и есть.
Я встал из-за стола и прошёлся по комнате:
– И в самом деле, какой-то маскарад у нас получается! Ты этих людей ни разу не видел, а уже в них сомневаешься. А я тебе почему-то беспрекословно должен верить, будто ты из какой-то супер-пупер-спецслужбы и теперь ловишь у меня дома шпионов?.. Ну, допустим, я поверил в эту сказку, но мне-то для чего всё это? Никому помогать я не собираюсь, тем более, задерживать иностранных шпионов, но если ты и твои друзья помешают мне получить от этого псевдо-агента ФСБ данные по моему брату, то я всё сделаю, чтобы у вас ничего не получилось.
– А ты не пробовал задуматься, для чего тебе эту информацию подсовывают? И почему именно сейчас, а не десять и не двадцать лет назад? Что им от тебя понадобилось, притом настолько срочно, что они снарядили на встречу с тобой, аж, двух человек?
Ответить мне ему было нечего, да, честно говоря, и не хотелось сейчас ни о чём говорить. Самое бы время сейчас свалиться в кровать и проспать до утра мёртвым молодецким сном, потому что… да потому что каждый нормальный человек после нескольких рюмок спиртного не анализирует, кто и что сказал, а ложится и спокойно почивает.
– Давай поступим так, – сказал я и показал взглядом на часы, – сейчас всё равно разоблачать шпионов поздновато. Лучше перенесём на завтра, послезавтра, а может, и вообще продолжать эту тему не будем. Пускай их ловит тот, кто за это зарплату получает.
– На меня намекаешь?
– А хоть бы и на тебя… Не нравится мне этот разговор. Закрыли тему, Евгений? Или, может быть, ты не Евгений, а это твой оперативный псевдоним?
Мой собеседник с сожалением посмотрел на меня, потом на часы, потом снова на меня и вздохнул:
– Хорошо, перенесём разговор на завтра. – И прибавил загадочную фразу. – Думаю, он для тебя будет не менее важен, чем обещанная информация о братце-генерале.
После его ухода, я сразу свалился в кровать, но заснул не сразу, а пытался лениво раздумывать о том, что он хотел сказать своей последней фразой. Но, так ничего и не придумав, заснул глубоким младенческим сном без сновидений.
