Окончание фразы тонуло в грохоте. Из бокового отнорка вылетело несколько мелких камней. Пашка толкнул Алису в спину, она пробежала несколько шагов, обернулась к спутникам - Имхотеп еще пытался прочесть надпись. Пашка вернулся, схватил за руку уже жреца, и тот в итоге тоже повиновался. Против катящейся по коридору лавины камней обычный человек был беззащитен.
Они втроем, задыхаясь, влетели в другой боковой коридорчик, который пока был чист. Бежали, сколько хватило сил, потом перешли на быстрый шаг, на медленный. Сзади стало тихо. Впереди же открывалось несколько освещенных все тем же слабым и ровным светом тоннелей. Алиса остановилась.
- Это просто какой-то лабиринт. Можно ли подать отсюда сигнал бедствия?
Планетарная связь не работала - возможно, снаружи еще бушевал Исход лиан, а может, сигналы блокировала пирамида. Выход на поверхность предстояло искать самим.
- Любой лабиринт, - сказал Пашка бодрым голосом, - можно пройти легко и просто, достаточно все время придерживаться правой стороны. Лишь бы нас опять камнями не закидали.
- Не говори “гоп”, - оборвала его Алиса. - Лучше поищи в рюкзаке ручку или еще что-то, рисовать стрелки на стенах.
Имхотеп молчал. Его, похоже, страшно тяготило обстоятельство, что он из обладающего необычными способностями лидера превратился в зависящего от других участника группы.
Пашка нашел цветной маркер, вытащил еще пакетик с сухими галетами и фляжку с водой, взвесил ее на вытянутой руке, грустно вздохнул и положил фляжку обратно.
Обследование начали с правого коридора, нарисовав стрелку на стене. Пашка чирикал линии каждые пять метров.
- А маркера хватит? - засомневалась Алиса.
- Хватит, - беспечно ответил Пашка, - тем более, сколько там того закрытого сектора.
- Порядочно. От внешней стены до внутренней чуть более восьмисот метров, а пирамида пять километров в ширину, то есть наше подземелье минимум три километра в диаметре. Это в двадцать раз больше греческого лабиринта на Крите. Береги маркер.
Пашка не сдавался:
- Ну, прошел же его Тесей. А греческий лабиринт наверняка был запутанней этого и вообще запутанней всех.
- Греки, - пробормотал Имхотеп с пренебрежением.
- У них правда была прекрасная архитектура, - заметила Алиса. - И народ это был добрый, музыкальный, если бы они сохранили доминирующее положение в Средиземноморье, а не римляне, история была бы менее кровавой.
- И Клеопатра бы с собой не покончила, - неожиданно поддержал Пашка, делая очередную пометку на стене.
Светский разговор не отвлеченные темы будто отгонял тревогу, и Имхотеп, хотя виду не подал, наверняка внимательно слушал. Алиса начала рассказывать вслух историю последней владычицы из династии Птолемеев, даже вспомнила стихи:
Над тростником медлительного Нила,
Где носятся лишь бабочки да птицы,
Скрывается забытая могила
Преступной, но пленительной царицы.*
Жрецу явно понравилось четверостишие, он тихо, так, что расслышала только Алиса, повторил про себя:
- Забытая могила… преступной, но пленительной царицы… - и спросил в полный голос:
- Значит, у нее тоже не было нормального погребения?
Пашка, шедший впереди, остановился резко:
- А если это выход?
В стене зиял узкий проход - темный, но глубокий. При желании туда мог втиснуться взрослый худощавый человек или подросток. Пашка вынул коробок спичек, зажег одну - ее пламя явственно отклонилось.
- Есть! - воскликнул он радостно. - Я полез.
- Почему это ты? - Алиса поняла, что не сможет уже ждать снаружи и беспокоиться, не влип ли Пашка в очередную передрягу. Она быстро, пока он не снял рюкзак, отстранила его и протиснулась в отверстие сама.
* Николай Гумилев. “Гиена”.
========== Цена бессмертия. Продолжение ==========
Строго говоря, что опасность может подстерегать ее саму, Алиса подумать не успела. Бока на секунду сдавило выступами стены и отпустило. Теперь она была внутри темного чуланчика. Сердце колотилось так, что странно было, как грохот не раздавался на весь подземный город.
Вокруг было тихо и пусто. Алиса вытянула руку, ощупала шершавые стены - пусто, просто небольшая каморка размером метр на метр.
- Алиса, - Пашка протискивался в проход следом, - ты совсем с ума сошла?
- От тебя заразилась, - она включила фонарь, обводя лучом света стены и низкий потолок. - Пусто и безопасно. Шуметь незачем.
Пашка трясущимися руками чиркнул сразу несколькими спичками. Огонек горел ярко и ровно, не отклоняясь никуда.
- Ну я не знаю, - огорченно пробормотал Пашка. - Было же…
Такие чуланчики попадались на пути еще раз пять или шесть. Все с узкими входами, везде пламя колыхалось на входе и оставалось спокойным внутри. Возможно, это было связано с вентиляцией. К таким отноркам они быстро привыкли, перестав как пугаться их, так и надеяться найти в них выход.
Путь был крайне однообразен, внешний вид коридоров примелькался. Если бы не маркер, невозможно было бы сказать, откуда они вышли, проходили ли это пересечение улочек или нет.
