Письмо в незапечатанном конверте кто-то положил в общую стопку ежедневной почты. Распутинское предсмертное послание подложил ему, безусловно, кто-то из ближнего круга. Николай был уверен, что Вырубова. Именно в эти дни она бывала во дворце, правда, скоро и уходила после короткой встречи с императрицей. Николай столкнулся с ней на пороге спальни императрицы: Александра уже вторую неделю лежала в постели: нынешний приступ радикулита был самым тяжелым за всю жизнь. Даже легкий кашель отдавался в позвоночнике и по всему телу невыносимой болью. Она не жаловалась и молча страдала. Боткин и Федоров помочь ей не могли. Самые дорогие патентованные лекарства, которые они выписывали из Германии и Франции, уменьшали боль на какие-то два-три часа, а потом мучения возобновлялись с новой силой. И в глазах жены Николай каждый день читал немой упрек. Распутин наверняка поставил бы императрицу на ноги или, по крайней мере, уменьшил ее страдания. Но во дворец ему хода нет. И Николай решение свое изменить не мог, потому что знал: уже в тот же день весь Петроград станет обливать его и Александру помоями.
В первую минуту он Вырубову не узнал. Она чудовищно потучнела и постарела. Волосы были усыпаны пеплом седины, под глазами – круги, и не синие, а почти черные. Вырубова еле передвигалась, с трудом волоча ногу, раздробленную в железнодорожной катастрофе.
– Аннушка! – произнес Николай.
Вырубова вздрогнула: она тоже сразу не узнала императора. Смутилась, покраснела, неловко сделала книксен и, не сказав ни слова, поковыляла дальше. Определенно, мыслями она была где-то бесконечно далеко, в каких-то других мирах. «Да, ведь и ее отец Григорий и вернул-то домой из тех самых миров, с того света. И точно так же позвал ее…» – вспомнил Николай, и сердце его внезапно пронзила короткая, перехватило дыхание, боль толчков отозвалась в пальцах левой руки – мизинце и безымянном. Приступ грудной жабы[110] длился всего пять-шесть секунд, но их оказалось достаточно, чтобы Николая охватил страх смерти, всегда сопровождающий такие приступы, лоб покрылся холодным потом.
