К ясной утренней звезде.
Оживают в старых книжках
Трубадуры, короли,
Вечно что-нибудь мальчишки
Ищут на краю земли.
И по свету принцы бродят
По селеньям и лесам,
И любовь свою находят,
Так как верят в чудеса.
Закрывай принцесса глазки,
Баю баю, ангел мой.
Верь, когда-нибудь из сказки
Принц придет и за тобой.
Золоченая карета
Повезет тебя к мечте -
К встрече с утренним рассветом,
К ясной утренней звезде.
Когда я была маленькой, то всегда мечтала, что придет такой вот принц из сказки и заберет меня с собой.
Когла Камила допевала последние строки, в палату вошел высокий светловолосый мужчина в полицейской форме. А за ним шел следом Тимур Русланович.
— Здравствуйте Вероника Ивановна! Я следователь Денис Сергеевич Петяев. Могу я задать вам несколько вопросов?
— Да, конечно.
Он подошел к кровати и присел на стул. Открыл папку и стал что то записывать.
— Можете рассказать что произошло ночью тридцать первого декабря две тысячи двадцать второго года?
— Вечером перед новым годом я пошла проверить маму, но когда зашла в комнату, то увидела, что аппараты к которым она была подключена были отключены. А сиделка, которая всегда находилась с ней лежала на полу и не двигалась.
Пока я рассказывала следователь делал пометки в своем блокноте.
— Кто еще был в комнате?
— Мой отец.
Меня аж пепедернуло от упоминания о нем.
— Что было дальше?
— Дальше он схватил меня за волосы и потащил на первый этаж. Я пыталась вырваться, кричала, но в доме играла музыка и меня никто не услышал. А он ударил меня по голове и я потепяла сознание. Когда очнулась, то никого рядом не было.
— Зачем он вас забрал с собой?
— Не знаю. Он говорил что то о том, что хочет отомстить. Только кому и зачем? Говорил о том, что нужно выбить из меня всю дурь. Я ничего не поняла, кроме того, что он псих.
— Как вам удалось сбежать?
Ну если можно назвать побегом дистанцию в тридцать метров, то да я сбежала.
— Я не сбежала, а лишь выползла на улицу, пока Ивана колотило током. Перед этим он всадил отвертку мне между ребер.
— Скажите, а что он делал с вами пока вы были у него в заложниках так сказать.
— Говорил, избивал потом снова говорил, а потом снова избивал.
— Угум. — буркнул он себе под нос, затем встал и вышел за дверь сказав на прощание " увидемся в суду".
Странный он какой-то. Как буд-то сам себе на уме.
— Дядя Тимур, можно с вами поговорить?
Он стоял возле окна, потом подошел ко мне и сел на стул, где недавно сидел еще следователь.
— Хорошо.
— У меня к вам просьба. Вы сможете сделать ДНК тест?
Он удивлённо приподнял брови и округлил глаза.
— ДНК?
— Хочу знать, этот урод действительно мне не отец?
— Хорошо дочка. Я сделаю, если тебе будет легче.
— Спасибо.
Ринат.
Я устал настолько, что придя домой вырубился как только голова коснулась подушки. Проспал практически до вечера. Вот только усталость никуда не делась, чувствую я себя в данный момент как человек попавший под поезд.
Быстро приняв душ и натянув на себя спортивный костюм вышел из дома. На улице стояли аномальные морозы, минус тридцать пять для Казахстана это как минус шестьдесят на севере. Очень холодно.
Отогрелся лишь в машине, включив печку на полную. Подъехав к больнице увидел на крыльце ту девушку, что висла на мне в новый год. Катя кажется. Она неторопливой походкой направлялась в здание больницы.
— Тебе то что нужно здесь?
Пробормотал я, выходя из машины.
Нужно проследить за ней. Может там кто то из ее родственников или знакомых лежит или работает, но я должен проверить. Ну вот не верю я в совпадения и случайности.
Интуиция и в этот раз мне не изменила. Катя прошла точно до палаты Веры, представившись ее подругой. Я хотел войти и помешать ей наговорить опять какие нибудь гадости, но на пороге мне преградила путь Мила.
— Ты зачем оставила эту стерву с Верой?
— Остынь, герой любовник. Самому не интересно, что ей нужно? А мне интересно, дай послушать.
И оттолкнула меня от двери. Никогда бы не подумал, что эти метр шестьдесят с кепкой могут быть такими сильными.
Я встал рядом с ней возле двери и стал подслушивать. Вот что ты со мной делаешь Вера. Я наверно совсем с ума сошел.
Вера.
Сегодня я смогла открыть глаз. И спасибо господи он видит. Я боялась, что стану калекой. Пусть сейчас он еще не открывается на полную, но это уже прогресс. Все вечерние часы приема со мной была Мила. Мы с ней болтали о всякой ерунде. Вернее как болтали, она тарахтела без остановки, а я слушала, периодически кивала головой или отвечала на ее вопросы. Но нас прервали на самом интересном месте. В палату вошла та самая Катя, блондинка с ногами от ушей и грудью навыкат, легка на помине. Если честно я аж растерялась и чуть не подавилась яблоком, которое жевала в этот момент. Мила тактично вышла, оставив нас одних. Я ей как раз сейчас и рассказывала про тот вечер.
— Вероника привет! Как ты себя чувствуешь? Мне Ринат рассказал, что ты в больнице, вот решила навестить.
Меня перекосило от своего полного имени. Никогда не любила, когда меня так называли. Причина этому гад, который сейчас смотрит на небо в клеточку.
— Ну привет. И зачем ты пришла?
