– Хорошо, – вздохнула Энни. – Позаботься об этом. Теперь, когда мы закончили здесь, я хочу вернуть Копенвис.
– Теперь это будет нетрудно, – сказал Артвейр. – Вы будете нас сопровождать, ваше величество?
– Нет, – ответила она. – Полагаю, ты справишься силами армии, Артвейр. А мне следует на некоторое время вернуться в Эслен. Но можешь не сомневаться, когда придет время вторгнуться в Ханзу, я буду с вами.
– Вторгнуться в Ханзу, ваше величество?
– Я не вижу причин позволять им когда-нибудь повторить нападение на Кротению. А ты?
– Я? Конечно, ваше величество.
– Вот и хорошо. Пришли моих телохранителей, я выступаю в Эслен через два колокола. И передай Кейп-Шавелю, что я хочу, чтобы он присоединился ко мне, когда армия форсирует Свежесть.
– На юге все еще находится армия церкви, – напомнил Артвейр.
– Они уже отступили, – сказала Энни. – Я не совсем понимаю почему. Однако я отправлю к ней несколько пленных ханзейцев. Пусть они передадут церкви, что, если они еще раз пересекут нашу границу, с ними будет то же самое, что с войском Ханзы.
Артвейр кивнул, поклонился и вышел.
Энни возвращалась в Эслен, ее встречали толпы людей, но в начале пути, когда ее отряд преодолевал первые лиги, она уловила разлитый в воздухе страх, смешанный с ликованием, словно люди боялись, что она может их уничтожить, если они будут встречать ее недостаточно восторженно. Но чем дальше Энни отъезжала от спаленных полей Поэлсилда, тем искренней становилась радость людей. А к тому времени, когда она оказалась в Эслене, в ней видели уже настоящую спасительницу королевства. Многие выкрикивали «святая королева Энни», другие «Виргенья Вторая».
Она приняла ванну и отдохнула, а на следующее утро позавтракала на террасе вместе с Джоном. Он рассказал ей о последних новостях и дал подписать стопку бумаг. Потом он смущенно посмотрел на Энни.
– В чем дело, Джон? – спросила она.
– Вам пришло множество писем, ваше величество, некоторые важные. Большинство не слишком. Но одно из них требует немедленного внимания.
– В самом деле? И от кого же оно?
От нашего бывшего прайфека, Марше Хесперо.
Энни замерла, не донеся булочку до рта.
– Ты шутишь?
– Боюсь, что нет.
– Тогда покажи мне письмо.
Он протянул ей письмо, запечатанное печатью прайфека Кротении.
– Похоже, он забрал печать с собой, – сказала Энни, развернув письмо. Оно было написано красивым гладким почерком.
Энни осторожно коснулась пальцами письма – а вдруг оно отравлено? Но нет, Джон уже держал его в руках.
– Когда оно пришло? – спросила она.
– Вчера, в противном случае я бы послал его вам.
Энни еще раз прочитала письмо, пытаясь понять, что происходит.
В детстве она верила Хесперо, приходила к нему за очищением и советом. Он казался мудрым, не слишком добрым, но и не злым. И даже после того, как отец пошел против Хесперо и назвал своих дочерей наследницами трона, Хесперо продолжал вести себя спокойно и доброжелательно.
Но потом она многое о нем узнала. Энни видела письмо Хесперо, из которого следовало, что ответственность за страшную бойню в Данмроге несет он. Он объединился с Робертом против ее матери, пытал композитора каваора Акензала, после чего тот едва выжил. Хесперо покинул Эслен перед тем, как Энни стала королевой, и с тех пор о нем не было никаких известий.
