– Угу. А ты мне, и не раз.
– Ты имеешь большее значение, Эспер. Тебя положено спасать.
Не отдавая себе отчета, он схватил ее за руку.
– Тебя тоже, – сказал он.
Ее удивленный взгляд встретился с его взглядом и замер, он ощутил легкий толчок и уже в следующее мгновение смотрел в самый густой лес в мире, войти куда еще более невозможно, чем в Сарнвуд, и намного труднее его покинуть. Он почувствовал, что потерпел поражение, и был счастлив от этого, счастлив вернуться домой.
Он несколько мгновений видел дорогу, ведущую в этот лес, а потом деревья сомкнулись, Лешья убрала руку, и он понял, что, если бы она просто сжала его ладонь, он бы наделал глупостей.
«Дерьмо, – подумал он. – Он думает о женщинах даже в такие сложные времена? О двоих? Ему что, семнадцать?»
– Не думаю, что нам хватит времени, – проговорил он. – Уттин сказал, что его послал Фенд. Если Фенд возглавляет головорезов наверху…
– Получается, он Рыцарь Крови.
– Да, но я не знаю, что это дерьмо значит.
– Обещаю, я тебе расскажу. Но сейчас нам нужно уходить. И очень тихо.
– Скоро? – спросил он.
– Скоро.
Ущелье вскоре стало таким узким, что теперь они почти все время шли по склонам. Нога у Эспера болела даже с новым костылем, который ему сделала Лешья, а по мере того как тропинка все больше и больше уходила вниз, у него начали ныть колени.
В душе он был уверен, что рано или поздно снова станет прежним собой, но сейчас у него появились сомнения. Уже миновала его сороковая зима, а если что-нибудь ломается в таком возрасте, оно совсем не обязательно со временем становится таким, как было.
Наконец они вышли к круто уходящему вниз мелководью, окруженному со всех сторон скалами.
– Придется промокнуть, – сказала Лешья.
Они спустились вниз, в основном сидя и упираясь ногами в камни. Приближалась зима, вода в горной речке была холодной, и, когда они проделали всего треть пути, тело у Эспера онемело. А через некоторое время, примерно на полпути, сапог соскользнул, его подхватило течение и понесло, пока он в конце концов не зацепился за сук.
Небо здесь казалось таким бездонным, в нем гордо реяли белохвостые орлы, верхушки деревьев, растущих на краю ущелья, с интересом поглядывали на него.
«Здесь лес еще живой, – подумал Эспер, – несмотря на чудовищ. Зачем мне возвращаться в Королевский лес, где все умерло? Почему бы не остаться тут, сражаться, умереть, смешаться с землей?»
Только когда что-то ударило его по лицу, он сообразил, что ему в рот и легкие попала вода. Его тело все поняло, и он закашлялся, стараясь избавиться от нее.
– Вставай, – велела ему Лешья. – С тобой еще не покончено, Эспер Белый.
Они проделали остаток пути вниз, и он снова прокашлялся, освобождая легкие от воды.
– Дерьмо, – слабым голосом выругался он.
– Ты должен мне лучше помогать, Эспер, – сказала Лешья. – И больше стараться.
– Дерьмо на тебя, – пробурчал он, и ему вдруг захотелось ее прикончить только за то, что она видит его в таком состоянии.
Большего унижения он даже представить себе не мог.
По крайней мере до сих пор. Но теперь перед его мысленным взором возникали самые разные картинки, когда он думал о надвигающейся старости. Впрочем, у него есть Винна, еще достаточно молодая, чтобы иметь детей, переворачивать его и менять под ним испачканные простыни…
Он встал, опираясь на костыль, а потом отшвырнул его в сторону.
– Пошли, – сказал он.
Ущелье постепенно стало шире и превратилось в симпатичную, заросшую папоротниками долину, где они наконец согрелись в лучах солнца. Стрекозы летали над водой и растущими по берегу осокой и хвощами. Змеи и черепахи лениво отползали с нагретых мест, когда они проходили мимо. Скалы сменились лесистыми холмами, и вскоре болотистая почва превратилась в сухую землю.
Тут и там появлялись признаки присутствия человека. Кое-где в лесу виднелись старые вырубки, и они прошли мимо нескольких охотничьих домиков. В воздухе витал запах конского навоза.
Эспер чувствовал, как его пронизывает холодок ожидания, он пытался представить себе, кого же имела в виду Сарнвудская Колдунья.
Они неуклонно двигались на юг и к наступлению темноты услышали лай собак и почувствовали запах дыма. Вскоре они увидели на холмах на некотором расстоянии от реки огороженный двор и большой дом, построенный из кипарисовых досок.
К облегчению Эспера, Лешья махнула рукой, показывая, они должны обойти дом и идти вверх по склону холма, за которым деревья постепенно уступали место выгону. На небе начали появляться первые звезды, хотя солнце еще не совсем скрылось за горой, с которой они только что спустились. Эспер вдруг понял, что он то и дело оглядывается назад, и один раз ему показалось, что он уловил какое-то движение. Сначала он решил, что это летучая мышь, но тут же сообразил, что неправильно оценил расстояние – если это и была летучая мышь, то очень большая.
Неожиданно он почувствовал себя зайцем на открытой равнине.
– Эй, – позвала его Лешья, и он обнаружил, что она смотрит на какое-то существо, скрывшееся в тенях.
– Как ты думаешь, что это такое?
– Понятия не имею. Но знаешь, пожалуй, было бы неплохо сегодня поспать под крышей.
