– Пожалуй, ты прав, – сказал Артвейр. – Нужно оставить небольшой конный отряд для прикрытия. Быть может, вас устроит такое задание, граф?
– Меня устроит все, что угодно ее величеству, – ответил граф. – Но я бы предпочел участвовать в атаке. Мне кажется, мои лучники созданы для подобных ситуаций.
– Согласен, – сказал Лифтон. – В нашей легкой кавалерии есть лучники, но и они, и сефри предпочитают спешиваться для стрельбы из лука. Нам бы пригодились лучники, способные стрелять на скаку.
Артвейр кивнул и повернулся к Энни.
– Да, вы поедете с нами, Кейп-Шавель, – сказала она. – Будет весело.
Войска быстро собрались и выступили еще до полудня. Энни окружали двенадцать гвардейцев, которые прошли священным путем Мамреса, и стража сефри в широкополых шляпах и шарфах. В авангарде двигалась тяжелая кавалерия Кенвульфа, пятьдесят рыцарей, каждый из которых вел двадцать своих лучших всадников. Легкая кавалерия и сефри составляли правый фланг, а люди графа – левый.
Через два колокола они уже спускались по склону холма. Энни успела увидеть вражеский лагерь и почувствовала легкое покалывание кожи на голове. Заметил ли их враг? От топота стольких копыт земля должна была задрожать.
Они поднялись на гребень. Теперь между ними и врагами оставалось несколько сотен королевских ярдов.
Лагерь Ханзы бурлил, как потревоженный муравейник, командиры пытались выстроить своих солдат в боевой порядок, но Энни так и не увидела ни одного ряда поднятых копий. Впрочем, пехота успела приготовить щиты.
– Командуйте атаку, – сказала Энни Лифтону.
Капитан кивнул, поднял горн и затрубил. Тяжелая кавалерия, построенная в пять шеренг, каждая длиной по двести всадников, перешла на рысь. Они шли так плотно, что яблоку негде упасть. Постепенно они набирали ход.
Воздух наполнился стрелами, выпущенными ее лучниками, и Энни ощутила, как ее охватывает свирепая радость, когда их отряд начал спускаться вниз, всадники окружали Энни со всех сторон.
Радость смешалась с уже хорошо знакомой яростью Цер, когда все ее чувства потянулись к ханзейцам, и почти сразу она ощутила их влажные внутренности. И Энни, словно руками, начала их сжимать.
Когда тяжелая кавалерия врубилась в их ряды, Энни услышала, как враги кричат в безумном отчаянии. Некоторые роняли свои копья.
Авангард прорвал нестройные ряды ханзейцев, а легкая кавалерия начала их окружать. Однако рыцари, охранявшие Энни, остановились.
– В чем дело? – спросила она.
– Мы должны вас защищать, ваше величество, – ответил Лифтон. – Приказ герцога. Вам нет нужды подвергаться опасности – случайная стрела или удар копья, зачем рисковать?
– Артвейр мой генерал, – ответила Энни. – И его приказы весят меньше моих. Мы атакуем, клянусь святыми, и, если вы остаетесь здесь, я это сделаю без вас.
– Ваше величество…
– У вас есть только один вариант ответа, капитан Лифтон: слушаюсь, ваше величество.
– Слушаюсь, ваше величество, – со вздохом отозвался он. Затем, уже громче, приказал: – Возобновить наступление.
Они ударили по остаткам правого фланга, сопротивления практически не было. Почти сразу же армия Ханзы не выдержала и обратилась в бегство, рыцари Энни добивали бегущих солдат. Энни заметила, что вражеская кавалерия попыталась прикрыть отступление своих товарищей, но без успеха.
Энни со своим отрядом оказалась в центре вражеского лагеря, вокруг лежали убитые и раненые. Энни ощущала, как в ней растет ужасающее ликование, и поняла, что та женщина снова с ней, она наслаждается могуществом, которое Энни черпает через нее.
«Вот видишь! Видишь, что такое настоящая сила? А это еще только начало».
– Хорошо, – сказала возбужденная Энни.
– Что-то не так, – сказал Лифтон.
– В чем дело?
– Здесь нет пяти тысяч человек, пожалуй, их раза в два меньше.
Адская руна! Адская руна это видела! Они опережают тебя на шаг! Энни, беги!
Энни повернулась к Лифтону, но из его глазницы уже торчала стрела. А с севера на них дождем падали стрелы. Энни ощутила острую боль в руке. Затем вокруг нее сомкнулись щиты.
– Кто-нибудь, командуйте отступление! – закричала она. – Нас обманули. Нам необходимо вернуться к пехоте.
Через мгновение пронзительно запела труба. Между тем стража Энни уже разворачивала лошадей. Они помчались обратно вверх по склону, но им навстречу уже неслись вражеские всадники. Казалось, они имеют почти двойной перевес в численности.
Зловещие черные стены под темным небом, окружавшие занесенные песком развалины, – вот что рассчитывал увидеть в Кейтбаурге Нейл. Во всяком случае, таким он был в историях, которые рассказывала ему старая няня Эли, когда он был совсем маленьким. В Кейтбаурге, городе черных башен, обитало зло.
