Настоящие деньги полностью

— Так почему же вы не организовали наблюдение за ним? Учитесь, двоечники, у своего противника. Чеботарь вон какую комбинацию с дублершей девочки перед вами разыграл! Если уж он перенес встречу с Вакарисом в какое-нибудь другое место, а сам из вашего поля зрения исчез, то выйти на это место можно всего лишь элементарно проследив за его оппонентом…

— Понял! — подобострастно качнулся на каблуках глава УСБ. — Сей же миг организуем наблюдение за Вакарисом.

Станислав Прокофьевич хмыкнул:

— Да какой теперь в этом прок? Времени-то вон сколько! Опоздали.

— М-да, — вздохнул Сергей Ашотович. — Но будем хотя бы знать, как прошли переговоры нашего прохиндея с Вакарисом. Получит ли он свою дочь, или Чеботарь перейдет к розыгрышу своей следующей партии?

— Думаю, ему уже не до комбинаций! — задумчиво заметил Станислав Прокофьевич. — Как говорится, «не до жиру, быть бы живу»! Скоро всплывает где-нибудь. Единственное, жалко все же будет, если сначала он ментам попадется. Хотелось бы в глаза взглянуть подлецу.

— Взглянешь, дорогой, взглянешь, — заверил компаньона Сергей Ашотович.

— Ну, так какие указания будут? — подал голос глава УСБ.

— Указания… — проворчал Сергей Ашотович. — Организуйте наблюдение за квартирой Вакариса, за его банком…

— «ОКО-банком»? — уточнил уэсбэшник.

— Да. Все ясно?

— Все, Сергей Ашотович.

— Ну, так действуй.

— Слушаюсь, — щелкнул каблуками глава УСБ и повернулся к выходу из помещения. Однако что-то остановило его: — Только это…

— Что?

— А где у Вакариса квартира? Какой адрес?

Сергей Ашотович едва не задохнулся от возмущения:

— Ну ты ваще!..

Уэсбэшник понял, что сморозил глупость, но единственное, что пришло ему в голову в тот момент, так это банально извиниться:

— Простите… — пробормотал он и удалился.

Когда он ушел, Станислав Прокофьевич, повернувшись к компаньону, поинтересовался:

— Не помнишь, где мы откопали этот кадр?

— По протекции взяли, — вздохнул Сергей Ашотович. — Из бывших. А куда денешься, если уважаемые люди своего человека на теплое местечко умоляют пристроить?

— М-да, никуда не денешься… — согласно вздохнул Станислав Прокофьевич и добавил: — Скорее бы Русланчик наш из отпуска вышел.

Говорят, если долго смотреть в зеркало, можно увидеть в нем демона. Такова магическая природа Зазеркалья! Оконное стекло — это, конечно, нечто иное, попроще. Но когда за окном темнеет, иногда и оно обретает способность отражать. И тогда между стекол оконной рамы, как в волшебной призме, можно увидеть прошлое…

Это был конец 80-х.

Валька Невежин уже вторую неделю исправно посещал занятия в своем техникуме. Да не просто посещал или учился, а буквально погружался с головой в предметы, к которым до недавнего времени испытывал, в лучшем случае, безразличие. Некоторые преподы даже ставили его в пример однокурсникам:

— Вот посмотрите на Валентина! Как он изменился! Видимо, понял, что главное в жизни — знания. Без них у человека нет будущего. И он теперь не дурака валяет, как раньше, вместе с вами, оболтусами, а смотрит вперед…

И подобные слова, надо признать, на однокурсников действовали магически. Глядя на склонившегося над учебником Вальку Невежина — еще недавно такого разгильдяя, коих свет не видывал, — они задумывались: одет исключительно в фирму, недавно купил видак — пускай и отечественный, ВМ-12, но свой собственный. Ни у кого в группе ничего подобного нет! Потом, двухкассетник “SHARP” японский, кассеты импортные, курит настоящее «Мальборо», журналы иностранные свободно достает… Вот он — герой нашего времени! На такого, действительно, не грех и ровняться!