— Да уж как-нибудь, дядь Борь! Главное, чтобы слово «квин» по-английски читалось, а на фото Фредди хотя бы чуток сам на себя смахивал…
— Э нет, вьюноша, — погрозил ему пальцем Борис Аркадьевич, — так дела наши делать не следует. Каждая мелочь должна прорабатываться с неимоверной тщательностью, тогда и итог работы будет достойным, а значит, и оплата ее.
— Какая разница? — продолжал настаивать Валька на своем. — Футболки с Фредди, однозначно, у меня купят в технаре. Даже не купят, с руками оторвут! Даже если их за полтинник загонять…
— Ну, и сколько так ты их продать сможешь? Сотню?
— Не-е, — протянул Валька. — С десяток, может. Студенты все ж, дядь Борь. А богатеньких буратин среди нашего брата не очень-то и много.
— Во! Десяток. А изготовить клише за один день не выйдет. И теперь посчитай — стоит ли тратить столько времени на работу, если весь доход конечный наш, за вычетом стоимости новых белых футболок, составит всего сотню-другую?
— Но ведь и это хорошие деньги, дядь Борь! У меня отец на заводе в месяц получает три сотни.
— Может, и хорошие Валюха, но глупо тратиться на сотни, когда за такую же работу можно получать тысячи.
— Сколько? — не поверил Валька.
— Тысячи и тысячи, вьюноша, — с улыбкой подтвердил старик.
— Не может быть!
— Почему не может? — пожал плечами Борис Аркадьевич. — Если отдавать каждую футболку не за полташ, а всего лишь за червонец, то охотников взять такую шмотку куда больше будет. Да если продавать их не в технаре твоем, а в магазине? Да напечатать твоего Фредю не на десятке несчастных футболок, а на тысяче?
Валька глупо усмехнулся.
— Дядь Борь, вы хоть представляете себе, сколько нам с вами тогда придется пропечатать этих футболок? А их еще, наверное, сушить надо. И где мы все это будем делать? Здесь что ли? — развел он руками.
— Упаси тебя бог! — хмыкнул Кранц.
— Ну, и где же?
— Да где угодно! В любом другом кооперативе. Лучше всего в том, которое занимается пошивом футболок. И при этом мы с тобой ни до одной из них не дотронемся, ни от одного покупателя притензиев не выслушаем. А все знаешь почему?
— ?
— Потому что наше дело, Валюх, лишь сделать хорошую печатную форму, так называемое клише. Надежное, прочное. За него-то мы с тобой и получим единовременно определенную сумму. Пускай, скажем, дабы внимания к себе излишнего не привлекать, для начала цена этому клише будет тысяча. Ну, а дальше — посмотрим.
У Валентина после того, как он услышал такую цену, перехватило дыхание.
— А дальше… — мечтательно вздохнул он. — А дальше, дядь Борь, можно сделать клише с Цоем, Кинчевым, Шевчуком…
— Тарасом Григорьевичем, что ли? — с удивлением уточнил старик.
Валька рассмеялся.
— Не Шевченко, а Шевчуком. Он из ДДТ.
— Из дуста, что ли? — все никак не мог сообразить Борис Аркадьевич.
Тут уже попал в тупик сам Валька Невежин.
— Какого еще дуста?
— Ну, каким вшей морят, — пояснил старик. — Дихлор… как-то там. Не помню. В общем, ДДТ.
Валька хмыкнул:
— Да? А мне как-то и ни к чему. Нет, дядь Борь, не о дусте я говорю вам, а об известной рок-группе…
— Ну, да ладно, — перебил Вальку Кранц. — Дусто не дусто — разницы никакой. Сам видишь — работы не початый край. Так что приноси, коли раздобыть получится, своего Фредю, поколдуем с тобой, попробуем перенести это изображение на цинковую пластину, ну, а потом, коль все нормально пойдет, сделаем и клише.
— Тысяча рублей… Об-балдеть! — все еще не мог поверить в реальность заработка такой суммы Валька.
— Ну, вьюноша, — улыбнулся Борис Аркадьевич, — цыплят, как говорится, по осени считают. Не будем загадывать. Работа предстоит непростая. Несколько футболок все же придется потом пропечатать нам с тобой самостоятельно, чтобы показать товар пошивщикам, коли таковые сыщутся, так сказать, лицом. А сейчас давай-ка с тобой потренируемся лучше на том, что попроще, — с этими словами он извлек из кармана своей голубой жилетки… обыкновенный талон для автобусного компостера.
У Вальки округлились глаза:
— Не понял, вы хотите подделать талон?
— Да бог с тобой! — чуть ли не обиженно махнул свободной рукой Кранц. — Обычный заказ с Минтранса. Ты че, думаешь, они эти пятикопеечные талончики на «Гознаке» заказывают? Как бы ни так. На «Гознаке» даже самую пустяковую бумажку отпечатать знаешь, сколько стоит? Ого-го! У частного же мастера, вроде нас с тобою, — копейки.
— М-да? — произнес Валька, недоверчиво глядя на талон в руке старика.
В конце 80-х для оплаты проезда в наземном городском транспорте использовались абонементные талончики (билеты), которые пассажиру в начале поездки надлежало пробить специальным компостером. Количество и взаиморасположение пробивающих талон элементов компостера на каждом маршруте, в определенное время менялось, что препятствовало многократному использованию талонов. Стоимость такого талона в те годы соответствовала цене проезда по городу на автобусе, как правило — 5 копеек. Приобрести их можно было штучно или книжечками по 10 талончиков на автовокзалах или в киосках «Союзпечать».
