— Этот, кажется, чуть темнее, — заключил он, взяв в руки подлинный талон. — Наш такой розовенький весь, а этот с каким-то малиновым оттенком.
Кранц успокоил его:
— Это ерунда, Валюх. Я прекрасно изучил образцы. Цвет талона зависит не от клише, а от краски, которую использовали в типографии. Уж поверь мне — каждая партия талонов в этом плане чем-то отличается от предыдущей если не по цвету, то по тону. Хотя не так давно я вместо привычного для нас розового талона приобрел аж фиолетовый! Мастера, понимаешь…
— Ох, — вздохнул Валька, — все равно не по себе мне как-то.
— Успокойся, вьюноша, — подбодрил его Борис Аркадьевич. — Ты ведь сам, кроме оттенка, не видишь различий между оригиналом и нашей продукцией. Так неужели ты полагаешь, что дуболом-контролер сможет их различить?
— Ну, а вдруг?
— Никаких вдруг. Я, Валюх, хочу сделать из тебя настоящего мастера своего дела: фотографа-виртуоза! А настоящий мастер никогда не должен сомневаться в собственных силах. Вспомни вот, к примеру, героев-медиков…
— Каких еще медиков? — удивленно переспросил Валька.
— Ну, тех, из кино. Которые намеренно заражали себя всяческими неизлечимыми болезнями, дабы проверить на собственной шкуре изобретенную ими вакцину. Они что, по-твоему, дураки? Не, Валюх. Они просто были мастерами своего дела, уверенными в себе. Ну, а если такой уверенности у тебя нет, что ж, значит мало учился, мало трудился… Скажи, мы с тобой разве мало трудились, чтобы отпечатать этот вот талон?
— Не мало, — ответил Валька, вспомнив, как в течение трех последних вечеров они с дядей Борей колдовали над клише. Причем сам он постоянно говорил «сойдет и так», на что опытный наставник лишь улыбался и заставлял выполнять работу заново, с учетом уже допущенных ошибок.
— Ну, а значит, и бояться тебе нечего. На, бери книжечку, — протянул старик Вальке десяток сложенных гармошкой абонементных талонов, — и ступай, покатайся на городских автобусах. Понаблюдай внимательней за реакцией контролеров: за их глазами, мимикой… Знаешь ли, бывает, человек ничего не скажет, а на лице у него сомнения прочитать можно. Постарайся понять, о чем будет думать человек, проверяющий твой прокомпостированный талон. Подмечать такие мелочи для истинного мастера чрезвычайно важно, Валюх…
— Хорошо, дядь Борь… — Валька со вздохом забрал у старика солидную пачку абонементных книжечек, перехваченных черной резинкой для бигуди. — Но хотя бы посоветуйте, что делать, если вдруг… Ну, вы понимаете.
— Да не будет никакого если! — уверенно произнес Кранц, однако тут же и проинструктировал своего ученика, как ему следует вести себя в случае возникновения непредвиденных ситуаций. — Главное, — предупредил он, — никогда, никому, ни при каком раскладе не называй места, где ты эту продукцию взял. Мы теперь организация частная, и нам с тобой следует соблюдать, так сказать, тайну фирмы. Понял? Молодец. Ну, ступай с Богом…
И вот Валька Невежин торчит на остановке в ожидании тридцать девятого. Сосредоточиться на какой-нибудь одной мысли не получалось, в голове мелькали лишь их обрывки.
«Ваш талончик — поддельный, молодой человек! Вам придется проследовать с нами в милицию…» — чудился ему металлический голос. При этом он довольно отчетливо ощущал дрожь в коленях, а на лицо — казалось ему — обжигающими волнами накатывалась краска, цвета подлинного автобусного талона.
Валька вздрогнул и едва не отскочил в сторону, когда вдруг почувствовал на своем плече чью-то тяжелую руку. «Милиционер?» — тут же с ужасом предположил он. Но от сердца немного отлегло, когда он услышал мужской голос:
— Спички есть?
Валька обернулся к незнакомцу. Это был неряшливо одетый мужичок неопределенного возраста с сигаретой без фильтра в губах.
— Шо ты так шуганулся-то? — осведомился он, взяв сигарету в руку. — Мне б только прикурить.
Валька с улыбкой блаженного похлопал себя по карманам джинсов.
— Н-не знаю, — заикаясь, проговорил он. — Вроде где-то зажигалка была. Ага, вот она, — извлек он на свет отечественную зажигалку марки «Огонек» и пару раз щелкнул крышкой перед носом незнакомца.
— Шо, газу нету? — предположил тот.
— Наверное…
— Ну-ка, дай сюда, — попросил мужичок у Вальки зажигалку и, заполучив ту, потряс ею возле своего уха. — Вроде что-то есть! — уверенно заключил он, после чего повернул туда-сюда колесико регулировки уровня огонька и щелкнул крышкой…
Шипящий столб пламени вырвался, казалось, непосредственно из руки мужичка.
— Ох, блин! — громко выругался тот, едва не опалив лицо. Однако зажигалку не бросил и даже не закрыл крышку, а хладнокровно прикурил от этого мини-вулкана.
— Что это за керогаз у тебя? — с усмешкой поинтересовался он у Вальки, возвращая ему зажигалку.
— «Огонек»… — виновато улыбаясь, ответил тот.
— Ни хрена себе огонечек! — хмыкнул мужичок, пуская клубы дыма.
— Просто я мало пользуюсь ею… — попытался оправдаться Валька. А обернувшись, к своему ужасу, он понял, что почти все люди на остановке, с трудом сдерживая улыбки, смотрят на него.
Вот так, еще даже не сев в автобус, он стал центром всеобщего внимания!
