Из-за перепалки с Виолеттой я потерял еще минуты две, если не больше, так что Джанни опережал меня на достаточно приличное расстояние. Но шанс догнать его всё равно был. И повезло, что дорога на север, в Доломитовые Альпы где и располагалась Кортина ничуть не потеряла в качестве, по сравнению с шоссе между Миланом и Венецией, но стала менее оживленной. И самое главное, тут практически не было грузовиков. Поэтому скорость я смог держать даже большую, чем на первом участке. Правда всё это в полной мере относилось и к моему сопернику, так что я, несмотря на то, что ехал очень быстро всё равно проиграл.
И обиднее всего, что проиграл на какие-то жалкие секунды, мизерный отрыв для гонки протяженностью за четыре сотни километров.
Я догнал Джанни перед самой Кортиной и в теории мог бы попробовать сделать его уже в самой столице зимних олимпийских игр. Но не судьба. А всё из-за туристов, болельщиков и прочих праздношатающихся по городу людей. Их тут было столько, что тротуаров хватало не везде. Так что риск кого-нибудь прокатить на капоте зашкаливал. Заголовки газет «Американский миллионер-убийца» меня не прельщали. Удар по репутации много хуже, чем проигрыш в безобидном пари. Поэтому Джульетта остановилась на финише после Фиата Аньелли.
Оркестр на центральной площади курортного городка, куда стекались все людские потоки, заиграл марш, фоторепортеры ринулись к нам делать снимки и брать интервью. Джанни сиял, я держал лицо. Не переставая улыбаться, мы на многочисленные камеры пожали друг другу руки и сказали пару слов прессе о прошедшей гонке.
— А где Виолетта? — шепнул мне Аньелли.
— В Венеции вышла. Какие-то срочные дела.
— Вечно у нее семь пятниц на неделе, — без особого недовольства прокомментировал действия ветреной кузины Джанни, а значит был привычен к ее закидонам.
Я встретился глазами с Алессандрой, та подбадривающее мне улыбалась. А вот стоящий рядом с ней Никола сильно хмурился. Не по душе ему пришелся мой проигрыш на Джульетте.
— Ну, начнем? — напомнил мне Аньелли, что час расплаты пришел. Поскольку на наш финиш набежала толпа журналистов, ага, так и поверю, что это было чисто случайно, то Джанни милостиво заменил катание на санках, катанием на спине проигравшего. Не тащиться же на снежный склон, по пути ведь можно кое-кого из борзописцев потерять. А пиару Аньелли такие риски ни к чему.
Я ухмыльнулся и позволил ему запрыгнуть мне на спину. Оркестр заиграл Тарантеллу, и мы на пару станцевали танец, я выделывал па ногами, а Джанни махал руками и призывал соотечественников присоединяться. Возле нас тут же образовалось несколько хороводов. А еще через пару мгновений танцевала уже вся площадь. Спонтанное развлечение пришлось по вкусу всем.
— Джанни, поздравляю тебя с победой! — торжественно провозгласила английская принцесса. Как она вместе со свитой возле нас оказалась, я даже не заметил. Все не мог отдышаться после безумного танца, который затянулся.
По мне Маргарет мазнула лишь рассеянным взглядом.
— Я сегодня устраиваю вечеринку, — она кокетливо поправила воротник своей светлой шубки, как бы закрываясь им от холодного ветра. — Буду рада тебя там видеть. — Принцесса вновь зацепилась об меня взглядом. Немного помедлила, а затем, как бы нехотя, добавила. — Мистер Уилсон, вас я тоже приглашаю. Разбавите вечер историями об американской провинции. Надеюсь, у вас есть хотя бы пара забавных.
Не ожидая от меня ответа, Маргарет вместе со свитой величественно удалилась к припаркованному возле площади Роллс-Ройсу. Это была новинка, модель 1955 года — «Silver Cloud».
Вечеринка проходила на вилле в окрестностях Кортины. Добрался я туда на все той же Джульетте. Рассудил, что если даже перепью, то как-нибудь до отеля доеду или Алессандра довезет. Отпрыски аристократических семей Европы меня не интересовали даже в качестве бабочек на булавках. Сами они дела не ведут, более того, часто не имеют прав свободно управлять своими активами. Так и зачем мне тогда эти бизнес-импотенты? Даже тусоваться с ними — пустая трата времени.
У Бельгийского короля хоть влияние в Конго есть с его полезными ископаемыми. А что есть у английской принцессы Маргарет, кроме апломба? Эти ее «побеги из дома» к самостоятельности в делах никакого отношения не имеют. В общем, не интересна она мне от слова «совсем».
Но тащиться на ее вечеринку пришлось. Вот такая противоречивая проза жизни.
Осталось узнать зачем понадобился принцессе я.
— Фрэнк, поведай же нам, как простой парень из Апстейта стал миллионером? — капризным тоном продолжила меня пытать Шарман, действуя по наущению своей королевских кровей подруги.
Сама Маргарет стояла рядом с бокалом чего-то алкогольного в руке и усиленно делала вид, что лишь выполняет миссию хозяйки вечера, и если бы не это, то к янки даже не подошла бы.
— Америка — страна возможностей, — дежурно ответил я, сделав очередной глоток водки с вермутом из бокала, на треть заполненного кусочками льда.
