При этом я бесцеремонно раздевал принцессу взглядом, надо же было мне спровоцировать ее на эмоции. Небольшого роста, если бы не высокие каблуки, то она дышала бы мне аккурат в сосок. Фигуристая, с неплохой грудью, которую лишь слегка прикрывала тонкая ткань платья. Слишком уж глубоким было декольте. Шея принцессы была безупречна и, вообще, у Маргарет была отличная кожа, так и хотелось попробовать ее на ощупь. Но особенно притягательными у принцессы оказались ярко-синие глаза. Если бы не высокомерие во взгляде, я может быть и увлекся ей, как женщиной. Хотя вряд ли. Мне же на самом деле не двадцать три года, и риски я просчитывать умею. А они от связи с дамой королевских кровей уж очень высоки.
— Почему вы проиграли? — вдруг спросила принцесса, перестав делать вид, что ее тут нет.
— Досадная случайность — колесо спустило.
— В город вы въехали одновременно с Аньелли. Джанни вас всего лишь на корпус опережал, — оказывается у дамочки есть штат осведомителей, не сама же она меня на въезде встречала. — Вам ничего не стоило его обогнать по улицам города.
— Улицы кишели людьми. Стремясь обогнать, я бы мог кого-нибудь сбить.
— То есть мелкие неприятности для вас оказались важнее победы?
Какая кровожадная принцесса мне попалась, человеческие жизни загнала в категорию «мелких неприятностей». И ведь правду говорит. За сбитых граждан самое большое, что мне грозило — это требование покинуть Италию. Причем, через пару месяцев запрет на въезд благополучно был бы снят. И репутационные потери я довольно легко смог бы нивелировать с помощью благотворительности. Вот только незачем было до этого доводить.
— Конкретно эта победа не стоила даже мелких неприятностей, — постарался ответить я на ее языке.
— Ну как же? Все увидели, что Джульетта хуже Фиата, и это скажется на продажах.
— Ничуть. У Джульетты очень демократичная цена, при этом у нее самая современная на сегодняшний день комплектация. В последнем вы можете убедиться сами.
— Предлагаете мне пересесть с Роллс-Ройса на вашу Джульетту? — удивилась моей наглости принцесса.
— Смелой девушке — смелые решения, — я посмотрел на нее восхищенным взглядом поклонника, понимающего, что ему не светит заполучить предмет своего обожания. Не знаю, насколько Маргарет была искушена в таких играх, но она повелась.
— Так уж и быть, я приму от вас подарок, — царственно сообщила она меня.
Вот только мне не понравился ее хищный взгляд.
Утренняя пресса пестрила фотографиями с центральной площади Кортина д’Ампеццо. В кадре был виден и оркестр, и хоровод из болельщиков и Аньелли верхом на мне, отплясывающие Тарантеллу. Была и карикатура, снабженная надписью: «Итальянская экономика держится на американском капитале».
Я заржал, чуть не обжегшись кофе, еще чуток полюбовался своим носатым изображением в звездно-полосатом высоком цилиндре и взял очередную газету. Это была английская «Таймс».
