Молодых саксонцев, числом 41 человек, прибывших в Валахию под предлогом изучения румынского языка, Дракула тоже казнил на кольях, заподозрив, что они были шпионами. «Не желаю, — писал Дракула в свою защиту, — чтобы они собирали сведения, чтобы шпионить на моей земле». Действительно, довод саксонцев, что «их направили в Валахию учить румынский язык», нисколько не убедителен. Разве не могли бы они с тем же успехом изучать румынский язык у себя дома в Трансильвании, где большинство населения говорило по-румынски так же свободно, как валахи? Более вероятно, что молодых саксонцев засылали именно шпионить, а заодно подстрекать валахов к недовольству и мятежу против господаря и тем способствовать свержению Дракулы с заменой его одним из соперничавших претендентов в изгнании. Тем временем изменившиеся политические обстоятельства Венгрии открыли возможность для компромисса. Внезапная смерть короля Ладисласа V Постума в Праге 9 декабря 1457 г., причем при крайне подозрительных обстоятельствах (поговаривали, что он был отравлен), застала врасплох венгерский политикум и внесла свои коррективы в местные политические шахматы. Михай Силадьи на некоторое время взял сторону своего юного племянника Матьяша как преемника покойного Ладисласа V на венгерском престоле. Матьяш и был избран королем Венгрии на государственном собрании 24 января 1458 г., хотя и не был коронован. Сам Силадьи ввиду юности и неопытности нового короля пожелал взять на себя роль регента Венгрии при Матьяше и заодно его наставника. И теперь Силадьи, тесно сотрудничавший с Дракулой со времен крестьянского бунта в Бистрице, приобрел положение, благоприятствующее роли примирителя сторон конфликта, и рассчитывал, что «опустошительные набеги» и «предостережения» Дракулы в достаточной мере устрашили трансильванских саксонцев. Он не ошибся в своих расчетах. Как и Силадьи, король тоже желал сохранять мир на границах своего королевства, поскольку нуждался в поддержке саксонских городов, которые, несмотря на недавний договор, продолжали питать подозрения в адрес Дракулы. Желая еще больше разрядить напряженные отношения, венгерский король отправил на переговоры с Дракулой одного из своих талантливейших дипломатов, придворного вельможу польского происхождения по имени Бенедикт де Бойтхор (ориг. Benedict de Boithor). Когда эмиссар Матьяша прибыл в Тырговиште, его пригласили сесть за стол с Дракулой в его господарском дворце, который, как нетрудно догадаться, был окружен кольцом из кольев с насаженными на них умершими и умиравшими жертвами казней. Мало того, здоровенный, щедро позолоченный кол торчал и прямо перед столом господаря. И вот Дракула спрашивает посла: «Скажи-ка мне, для чего я поставил сюда этот кол?» Посол приходит в ужас, но собирается с духом и ответствует: «Господин, может статься, что кто-то из знатных вельмож совершил против тебя преступление, и ты пожелал предать его смерти более достойной, нежели та, что ты уготовил злодеям незнатного происхождения». На что Дракула молвил: «Это ты хорошо сказал. Ибо ты представляешь здесь великого короля Матьяша, и этот кол я приготовил тебе!» «Господин, — возразил ему посол, — коли я совершил преступление, заслуживающее наказания смертью, поступай так, как считаешь справедливым, ибо ты судия беспристрастный, и твоей вины в моей смерти не будет, а повинен в ней буду только я один». Дракула в ответ рассмеялся: «Не ответь ты мне столь достойно, сидеть бы тебе на этом колу!» И оказал честь послу и одарил его богатыми дарами. Аудиенцию Дракула заключил следующими словами: «Ты совершенно достоин служить послом великого правителя, раз так искусно постиг мастерство беседы с другим великим правителем. Но впредь пускай не отправляют ко мне послов, недостаточно наторевших в искусстве дипломатии». Параллельные переговоры с представителями Брашова тянулись некоторое время осенью 1458 г., хотя под конец Дракула поместил под домашний арест 500 саксонцев, отправленных в Тырговиште как представителей. Согласия с Брашовом удалось достичь 23 ноября 1458 г. в Сигишоаре, где находилась резиденция Силадьи. Брашовяне согласились выдать Дана III, как и его приверженцев-бояр. Город обязался уплатить Силадьи 10 000 флоринов в возмещение ущерба от войны. Взамен Дракула должен был восстановить торговые привилегии Брашова и Сибиу. Дракула, видимо, принял выдвинутые условия, поскольку написал 1 декабря 1458 г. главе Брашова: «Знайте, что я сдержу слово, данное вам моим братом и господином Михаем Силадьи. Ваши люди могут проезжать через нашу землю и свободно вести торговлю безо всяких беспокойств и ущерба для себя, как если находятся в собственной стране».
