Ночью был сильный снегопад, в город пришли морозы. За один день весь мир стал белоснежным.
– Я здесь, потому что деревья красивые, – ответил я ему.
На голых деревьях распустились снежные цветы. Я даже не понял, в какой момент прогулка превратилась в созерцание природы вокруг. Хотелось сделать несколько снимков, но с приходом старосты момент был упущен.
– Курсы и на каникулах, что ли, работают? Все то и дело говорят, что нам через год выпускаться, от этого как-то не по себе становится, – ворчал староста. – Ын Рю, а ты уже выбрал, куда будешь поступать?
Он подтолкнул меня в бок и все подначивал:
– Неужели правда пойдешь на писателя учиться? Слышал, твои друзья по кружку поэзии тоже выбрали это направление.
– А ты хоть одного из них знаешь?
Староста покачал головой и цокнул языком.
– Тогда почему до сих пор в их кружке? Ради учителя?
Возможно, так оно и было. Если бы не учитель, я бы никогда не записался в школьный кружок поэзии.
– Нет, я хожу на занятия не ради него.
– Тогда зачем?
– Мне нравится читать стихи, от них на душе теплее.
В этот момент рука старосты коснулась моего лба.
– Так, жара нет. Что еще тебя может беспокоить?
Я смахнул его руку.
– А в мире есть хоть один полностью здоровый человек? У людей всегда что-то страдает: либо тело, либо разум.
Я снова посмотрел вверх, на засыпанные снегом ветви. Мне кажется, что холодной зимой все живое внутри сжимается в узелок. А еще у меня тоже, как у деревьев, с течением времени становится все больше годичных колец.
– Ты когда-нибудь проезжал тоннель на поезде? – спросил я старосту.
– Почему ты спрашиваешь? – нахмурился староста.
Сам не знаю. С чего вдруг я заговорил об этом?
– Наверное, нет такого человека, который ни разу не ездил на поезде. В праздники, когда на дорогах огромные пробки, мы с мамой и папой всегда катаемся на них.
– А что ты чувствуешь, когда попадаешь в тоннель?
Староста ответил спокойно, будто примирился с моими сумбурными вопросами:
– Темно, душно. Что еще тут можно сказать?
Вот почему люди часто сравнивают проблемы в жизни с тоннелями: внутри них темно, тесно и душно, оттуда хочется выбраться как можно скорее.
– По-моему, в таком мраке человек способен лучше разглядеть себя. Как думаешь?
– Чего?
– Ну представь: ты едешь в тоннеле и видишь свое отражение в окне поезда.
– Что ты хочешь мне сказать?
Я сам себя не понимал, что-то внутри меня хотело поговорить об этом. Темные и сложные времена, из которых хочется побыстрее вырваться, – именно так можно описать всю свою жизнь. Когда поезд едет в душном и темном тоннеле, в окне я четко вижу свое отражение.
– Ын Рю, что с тобой в последнее время происходит?
Мы со старостой остановились.
– Я определился со специальностью, буду поступать в институт природы и экологии, на кафедру минералогии.
– Совсем спятил! – Старосту крайне удивил мой выбор.
Я засмеялся и пожал плечами. Одноклассник же никак не успокаивался:
– Ты это маме уже говорил? Вот она обрадуется!
– Конечно, обрадуется, это ведь мое желание. Она точно не будет против.
До меня донесся мамин голос, похожий на весенний ветер, он говорил:
– Тогда тебе было семь, я оставила тебя пожить с бабушкой. В ту ночь Ван постоянно просыпался, плакал и жаловался на боли в животе, в стуле оказалась кровь. Наутро я быстро собрала вещи, и мы поехали в больницу. Даже там ему не стало лучше…
«Почему я остался один у бабушки?» – этот вопрос так долго меня мучил. Потом я отпустил эти переживания, но все-таки слишком поздно узнал, что тогда произошло на самом деле.
– Слушай, не говори ерунды, давай лучше сходим на тот фильм?
«Тот фильм»? Я удивленно смотрел на старосту.
– Ну, недавно отправлял тебе трейлер, помнишь? Пойдем посмотрим.
Я нервно сглотнул и вздохнул:
– Ну…
– Что, на сегодня у тебя другие дела есть?
Я изо всех сил старался выдавить из себя улыбку.
– Да нет, такие фильмы мне не очень нравятся. Можно посмотреть что-то другое.
– В новом году ты прямо другой человек. Впервые слышу, чтобы отказал кому-то! Ты куда?
– Не знаю.
– Не знаешь? Что у тебя за секреты? Странный какой-то в последнее время…
Я тоже не понимал, что со мной случилось. Казалось, будто стал совершенно другим человеком. Уверен, со временем это странное чувство пройдет, поэтому незачем торопить события.
Я спросил у старосты:
– Ты сейчас домой?
– Нет, сначала забегу в аптеку, надо купить пробиотиков. Без них после обеда может живот заболеть.
Парень попрощался и ушел.
Иногда человеку кажется, что он совершенно спокоен, хотя на самом деле нет. Это как с усиками муравья: никто не подозревает об их существовании до того момента, как где-нибудь не прочитает об этом. Что теперь думает обо мне староста? Понимать чувства других не так просто, как кажется. Я посмотрел вслед однокласснику и продолжил свой путь.
