— Для начала отдать мешочек. А потом побыть хорошей девочкой и возможно мы оставим вас в живых.
— Какой ты самоуверенный. Не допускаешь, что это мы будем теми, кто пощадит вас? Хотя я бы этого не сделала, такие отбросы как вы, вряд-ли заслуживают жизни.
— Мне интересно как бы ты это сделала. Чтобы пожалеть нас, надо для начала предоставить нам угрозу. Вы — не угроза.
— Тогда почему ты еще не напал на меня?
— Мне просто нравится играться с тобой.
— Ложь. — голос девушки звучал твердо и уверенно. Если она и боялась происходящего, то не показывала этого. — Ты не подходишь из-за лука в моей руке. Твой друг говорил, что лук не опасен в ближнем бою? Тогда пусть подойдет, попробует на вкус мою стрелу. На таком расстоянии она буквально продырявит его насквозь.
— Почему же ты не стреляешь, раз это так? Потому что знаешь: выстрелить в кого-то из нас, значит убить своего дружка.
Девушка промолчала. Зак, не выдержав, аккуратно выглянул из-за угла. Напротив девушки, вытянувшей в руках лук, стояли два мужчины. Один из них прижимал к себе беловолосого парня, который, не обращая внимания на приставленный к шее нож, стоял с пустым выражением лица.
— Ты прав. — наконец заговорила девушка. — Таким образом у нас всех есть один выбор сегодня: либо мы расходимся и не умирает никто, либо умирают двое: мой друг и твой.
— У меня есть другой вариант. — говоривший мужчина резко двинулся на встречу девушке. В тот же момент, когда палец отпустил стрелу, Зак двинулся, ударяя рукояткой по голове мужчину, держащего парня. Тот выскользнул из его рук, тут же вынимая из рукава нож, и всаживая его в мужчину. Оглянувшись, и Зак, и незнакомый парень, увидели как девушка вынимает из мертвого тела стрелу, с омерзением вытирая ее о одежду мужчины.
— Да…этот вариант однозначно лучше моих. — встав, она оглянулась на парня. — Ты как?
— Он успел немного резануть мне шею, будет немного болеть. Ты?
— Зла, но цела. — девушка оглядела Зака с ног головы и протянула его руку. — Благодаря кое-кому. Я Марка. А ты кто, прекрасный незнакомец?
— Захарий. Но лучше Зак.
— Спасибо, Зак. Чтобы мы без тебя делали?
— Вероятно, умерли бы. Я Луцьен. Но лучше Луц. — встрял другой парень. — Что будем делать теперь? Разве мы можем просто так оставить их тела?
— Да. Они разбойники. Местные их не любят, но справиться не могут. Спасибо они вам конечно не скажут, но делать ничего не будут. — покачал головой Зак.
— Откуда знаешь, здешний?
— Вообще-то нет, просто наблюдательный.
— И так, наблюдательный, не выпьешь ли ты с нами? Во имя спасения жизней. — ухмыльнулась Марка.
Зак замялся.
— А вообще-то, это не обсуждается. Я угощаю, идём. — Марка схватила Луцьена за одну руку, а растерянного Зака за другую и резво пошла к пабу.
Поставив на стол три стакана, Марка уселась за стол, тут же выпивая изрядную долю напитка. Луц лишь покачал на это головой.
— Так…вы тоже не местные? — неловко спросил Зак.
— Ага. Мы, можно сказать, путешествуем. — улыбнулась Марка.
— В такое то время?
— Мы ищем кое-кого. — пожал плечами Луц.
— Кого, если не секрет?
Марка с Луцом переглянулись, будто обдумывая раскрывать ли секреты новому знакомому. Но он спас их жизни, и возможно мог помочь с поисками.
— Моего брата. Он служил в легионе, в третьем полке. Я думал, что его должны отправить защищать восток, но легион не пришел туда. Поэтому мы решили, что возможно его полк остался на юге и теперь идём туда.
Зак нахмурился.
— С чего ты взял, что полк не пришел на восток?
— Я был там, когда демоны напали. Я видел все.
Зак попытался не вздрогнуть от собственных воспоминаний.
— Вы знаете кто такие аргоси?
Сбитые с толку Марка и Луц кивнули.
— Я встретил одного может неделю назад. Он рассказал, что легионы, отправившиеся на восток прибыли туда, они просто опоздали. — Зак отвел взгляд, когда Луцьен оживился при этом. — Но их полностью уничтожили, никого не оставив в живых. И… там был третий полк… Мне жаль.
Лицо Луца вмиг стало ужасно пустым. Марка застыла, опустив голову вниз. Вдруг, Луцьен вскочил со стула и выбежал из паба. Зак смотрел на его место, а видел сестру. Он понимал ту боль, что сейчас чувствует Луц. Он все ещн не понимал, как с ней справиться и не знал как помочь Луцьену. Если он не мог помочь самому себе…
Когда Луц вернулся, за столом стояла тишина. На его лице все еще застыла пустота, но вместе с этим к ней будто прибавилась странная решимость. Иногда Зак тоже чувствовал ее: сестра многим пожертвовала для его жизни, старик Матвей много сделал для него. Это давало ему стремление жить дальше, не давало ему упасть на колени, рыдая от собственной беспомощности. Смотря в зеркало, он тоже иногда видео эту решимость: решимость жить, не смотря на боль, укоренившуюся в сердце. Сейчас он видел эту решимость на лице Луцьена, и надеялся, что тот справится со всем. Он должен.
— Я пообещал брату, что буду бороться. И я сделаю это. Марка, куда нам идти дальше?
Марка растерянно глянула на него.
